Холден, Барроус и Роуз Шеперд снова пошли вперед; низ лестницы был освещен лучше.

Наконец послышались голоса, они звучали откуда-то издалека, разобрать слова было невозможно.

Рози шла рядом с ним, он еле слышал ее шепот.

– Подвал не такой уж большой. Я уже говорила Руфу. Но они могли пробить стену и выйти в подземку. Еще до второй мировой войны здесь начали строить линию метро, но после бомбардировки Перл-Харбора ее забросили и больше не возвращались. Но там восемь или десять миль тоннелей, и эта часть улицы Киркпатрик гораздо ниже близлежащих районов, поэтому этот глубокий подвал запросто может быть на уровне обычных подвалов соседних домов.

Холден прошептал в ответ:

– Прекрасно, – затем пошел дальше.

Они спустились до конца лестницы, подождали. Голоса слышались громче, но слов все равно нельзя было разобрать. Свет горел чуть ярче, но не слишком.

Холден остановился на нижней ступеньке, начал вглядываться в темноту.

Источник света находился метрах в десяти от них, поэтому здесь стоял полумрак.

Он дал знак Барроусу посмотреть. Рози оказалась права.

Холден увидел легкое движение, нацелил в темноту М-16.

– Барроус? – раздался голос, это оказалась женщина, которая вязала в машине.

– Я здесь! – прошептал в ответ Барроус.

Все шестеро собрались у подножия лестницы. Охраны не было, лишь свет фонаря еле освещал подвал. Рози утверждала, что свет идет из подвала другого здания или из заброшенного тоннеля.

– Мы пойдем по трое по обеим сторонам подвала и встретимся у прохода в стене, – объявил Барроус. – Если я подам такой сигнал, – он поднял сжатый кулак, – мы врываемся и начинаем стрелять. Договорились?

– Договорились, – кивнул Холден.

– Вы трое идете по правой стороне. Мы по левой. Пошли.

Барроус шел впереди, за ним Рози, потом Холден; они аккуратно переступали через обломки мебели, чтобы шуметь как можно меньше.

У каждого из них был фонарик, но они не включали их. Наконец они дошли до дальней стены. В центре стены показался проход, из него шел свет. Холден ускорил шаг, догнал их у прохода. На полу валялись обломки кирпичей, затрудняя проход. Трое, шедшие по другой стороне подвала, уже ждали их.

Барроус сделал знак подождать, подошел к провалу в стене, заглянул внутрь. Через некоторое время он вернулся, произнес:

– Их человек пятнадцать в подвале за тоннелем. Ты оказалась права насчет системы тоннелей, Рози. Ярдах в ста отсюда стоит часовой. Его надо снять, только быстро, мне кажется, он здесь не один. Потом бежим вперед как можно быстрее. Тоннель освещен. В подвале у них какое-то собрание. На столе документы, бумаги, они совещаются. Что-то готовят. Я услышал слово «Плант Райт».

– Это ядерный реактор, – прошептала Рози. – Черт.

– Да, и правда, – добавил Барроус. – Мы врываемся, хватаем все, что попадется под руку, если получится, берем одного в плен, быстро отходим.

– А кого будем брать в плен? – перебил его Холден.

– Кого получится.

– Ясно, – ответил Холден.

– Готовы? – спросил Барроус; не дожидаясь ответа, он поднял сжатый кулак и нырнул в провал. Холден отодвинул Рози и бросился вслед за ним.

Одновременно с обеих сторон, как по уговору, началась стрельба. Раздался голос Рози:

– Сняла часового!

Женщина с вязаньем и двое с ней пробились через шквал огня, начали обстреливать фосавцев, уцелевших после первой атаки. Холден бросил пустой магазин, вставил новый, нырнул за остатки кирпичной стены. Барроус двинулся налево, Рози осталась у пролома в стене.