— Добро пожаловать в наш лагерь, — воскликнул Сцилас с наигранной радостью. — Вы должны понять, что мы можем ожидать любой хитрости от той отчаявшейся кучки там, наверху.

Некоторые из присутствующих масридов и сцарков рассмеялись так, словно Сцилас очень остроумно пошутил.

— Естественно, — ответил Сарган с показной улыбкой, проходя меж двух стражников, которые при словах марчега уступили ему дорогу. — Война — это очень напряженное занятие, как я вижу.

— Но она скоро закончится. Завтра Ардолия наконец будет объединена под одним-единственным властителем.

— Завтра? — сразу же переспросил Сарган и отжал немного воды из своих волос.

При этом он старался, чтобы его движения выглядели манерными. «Недооцени меня, марчег. Подумай, что я всего лишь безмозглый придворный льстец», — мысленно пожелал дириец.

— Но разве вы в своем ультиматуме не заявили, что будете нападать сегодня?

— Да, заявил, — подтвердил Сцилас и улыбнулся. — Но я думаю, что еще один день страха и беспокойства пойдет на пользу этой мокрой кучке сброда там, наверху. До завтрашнего дня от бедного мальчика Бекезара сбежит, наверное, половина его людей. Кроме того, сегодня вечером сюда прибудет подкрепление.

— Больше воинов? — осторожно переспросил Сарган.

Его мысли заметались. «Плохие новости для Флорес. Еще больше врагов. Я должен послать им предупреждение».

— Конечно, больше воинов. Я отправил кавалерию в Полеамт на случай, если Тамар и его влахакские собаки повернут на запад. Но сейчас кавалерия на пути сюда, их авангард уже прибыл.

— Вы хорошо обдумали все возможности и сделали все наилучшим образом, — сказал Сарган с наигранным восхищением.

— Естественно. Теперь вы наверняка согласитесь с тем, что ввиду нашего превосходства положение наших врагов становится более чем критичным?

— О, конечно, так и есть. Ваш военный поход находится прямо перед своим успешным завершением. Но сейчас вы могли бы простить меня — я бы с удовольствием пошел освежиться.

— Ну, что же вы, достопочтимый легат. Вы же не можете так быстро лишить нас радости вашего присутствия. Мы все здесь воины в полевых условиях, так же как и вы сейчас, поэтому вы должны простить нам наше грубое поведение и резкие манеры.

Взглянув на дорогую, чистую и идеально сидящую одежду марчега Ласцлара, Сарган поднял одну бровь.

— Нет, дорогой посланник. Мы рады вашему обществу. Мы даже требуем его!

Перед шатром собралось двадцать всадников, которые привели Саргана в лагерь. Другие масридские стражники тоже стояли наготове, и не оставалось никакого сомнения в том, что они подавят в корне любое сопротивление со стороны силков.

— Раз вы так настоятельно просите остаться, то считаю, что покинуть вас сейчас будет не самым лучшим решением, — ответил Сарган с вынужденной улыбкой.

— Нет. Уж точно не будет, — холодно согласился с ним белокурый марчег.

«Он думает, что видит меня насквозь, — понял Сарган. — Он не даст мне ни малейшей возможности послать предупреждение».

57

Грохот падающего камня уже давно затих, но в душе Стена все еще звучало его эхо. «Теперь они все мертвы: Цдам, Рох, Друан, Анда и теперь еще Пард», — подумал он, еще оглушенный шоком мощной битвы против Анды и ее троллей.

Влахак не знал, как это произошло, но они пережили нападение. И не просто пережили, а даже победили Анду; Пард собственными руками одолел троллу, которая превосходила его по силе.