Вотан еще раз тяжело вздохнул, и мы вернулись в центр гостиной, где я и остановился. Марция же, подождав, пока Вотан приблизится, спросила:

– Мы отправляемся?

На миг наши глаза встретились, и я кивнул.

Они исчезли тотчас же. Марция даже не совершала никаких взмахов руками подобно Джарэту (я начал подозревать, что и он‑то все это изображал исключительно ради поддержания реноме великого чародея).

Что ж, сообразно одному из своих любимых правил, гласившему «никогда не откладывай на завтрак то, что можно съесть на ужин», я подошел к столику и подобрал бусы. Знакомые и неизвестные мне миры заиграли пол пальцами, и я уже принялся выбирать тот, в который хочу переместиться, как дверь в гостиную распахнулась. Вернулся Эрсин. Похоже, он опять спешил.

Заметив мой вопросительный взгляд, он несколько сбавил темп и выдвинул предположение:

– Я подумал, что, может быть, вы захотите узнать…

– Конечно, захочу.

Эрсин, видимо, несколько сбился с мысли, но быстро сориентировался.

– То есть вы тоже считаете, что это работа Альфреда?

– Я исхожу из того, что больше просто некому. А вы?

– Отчасти, – он помедлил. – Вы же… воспользовались моими предложениями в разговоре с ним, не так ли?

Ого! Мне захотелось при случае указать Гроссмейстеру, у кого нам стоило поучиться уверенности в себе… Тем не менее он был прав, что я и подтвердил.

– Да. Я вас послушал. Но, может быть, теперь вы мне скажете, какого черта вы ожидали? Этого?!

– Я не ожидал ничего конкретного, – спокойно ответил он. – Я пытаюсь проверить свою гипотезу.

Остолбенев от столь неприкрытого эгоцентризма, я насилу выдавил:

– И как идет проверка?

– Пока определенности нет, – сухо резюмировал он.

– А немного больше вы мне сообщить не хотите?

– Не слишком.

У меня сложилось впечатление, что пока меня не было, они между собой поспорили, кому первому удастся меня взбесить по‑настоящему. Надо отдать Эрсину должное, он подошел к завоеванию почетного приза ближе других. И все же я ограничился насмешкой.

– Видимо, боитесь ошибиться. Как же можно? Такой великий аналитик, и вдруг в лужу, извините…

Не дав мне досказать, он отчеканил:

– А вот теперь вы не пытайтесь выставить меня большим мерзавцем, чем я есть!

Пару секунд казалось, что кто‑то в этой комнате получит по морде, и, учитывая перенесенную болезнь, я мог даже допустить, что это будет не Эрсин. Но все‑таки он предпочел объясниться.

– Подумайте немного, Рагнар! В этом есть смысл. Если я вам выскажу свои предположения, то вы – вольно или невольно – начнете их проверять сами. И можете выдать врагу то, что мы догадались о слишком многом… А тогда… Боюсь, тогда он перейдет к действительно решительным мерам.

– Это как‑то связано с Вайаром? – я был почти уверен в положительном ответе, но Эрсин сделал весьма неопределенный жест. Может, да, но, может, и скорее – нет.

– И это столь серьезно?

– Да. Поверьте мне на слово: возможно, это наш единственный шанс его победить!

Очередной раз он меня убедил. Взглянув на бусы, висящие в руке, я зачем‑то спросил:

– Так что, мне отправляться к Оракулу?

– Да! – Он закрыл глаза.

Теперь уже не раздумывая, я сжал пальцами первое попавшееся янтарное звено – лишь бы побыстрее избавиться от его присутствия.

И оказался в совершенно незнакомой Грезе. Я стоял на краю горного плато, передо мной лежала головокружительная бездна со стелющимся внизу туманом, а позади простиралась равнина, поросшая невысоким кустарником.