Легкий ветерок откинул капюшон с лица Китаи, открыв ее миндалевидные глаза и светлые волосы.

— Вороны! — прорычал один из стражников, и полдюжины мечей со скрежетом вырвались из ножен.

В мгновение ока Тави оказался в кольце блистающих клинков. Еще немного, и стража пустит их в дело. Он почувствовал, как напряглась Китаи, как ее рука потянулась к ножу.

— Опустить мечи! — приказал центурион.

Стражники были готовы броситься вперед, и Тави понимал, что у него есть всего несколько мгновений, чтобы их остановить.

— Прекратите немедленно! — рявкнул Тави. — Или вам придется объяснять Первому лорду, почему его стража убила посла маратов.

Наступила тишина. Центурион поднял левую руку и широко развел пальцы, стражники слегка расслабились, но никто из них не убрал мечи в ножны.

— Что все это значит? — спросил центурион.

Тави глубоко вздохнул и постарался говорить спокойно.

— Господа, это посол Китаи Патронус Кальдерон, дочь Дороги, главы Сабот-га, вождя маратов. Она только что прибыла в столицу, и я получил приказ немедленно доставить ее во дворец.

— Я ничего об этом не слышал, — сказал центурион. — Женщина-посол?

— Центурион, я сообщил вам пароль и дал более полные объяснения, чем следовало. Пропустите нас.

— Почему вы торопитесь? — спросил центурион.

— Послушайте меня, — заговорил Тави, понизив голос. — Советник посла Варга последние шесть месяцев переправлял воинов канимов в подземелье. Пока мы с вами говорим, по меньшей мере два десятка канимов направляются к покоям Первого лорда, чтобы его убить.

Центурион разинул рот:

— Что?

— Не исключено, что во дворце есть шпион, поэтому я хочу, чтобы вы, не поднимая шума, собрали всех своих людей у входа в покои для медитаций Первого лорда.

Центурион покачал головой:

— Тави, ты всего лишь паж. Я не думаю…

— Не нужно думать, — резко перебил его Тави. — Не нужно спрашивать. У нас нет на это времени. Если вы хотите, чтобы Первый лорд остался в живых, действуйте.

Центурион смотрел на Тави, пораженный появившейся в его голосе властностью. Тави больше не мог терять время на центуриона. Следовало немедленно предупредить остальных стражников, а они находились внутри горы — и использовать магию для этой цели было нельзя. Тави повернулся и побежал в сторону дворца, бросив через плечо:

— Выполняйте приказ! И поторопитесь!

Он бежал по длинной пологой мраморной лестнице, ведущей во дворец, проскочил в вестибюль с ротондой величиной с небольшой холм, свернул направо и помчался по тускло освещенным коридорам. Казалось, прошла вечность, прежде чем он добрался до лестницы, здесь Тави охватил ужас — вдруг он уже опоздал. Он распахнул дверь и оказался перед первым постом. Тави задыхался.

Четверо стражников выскочили из-за стола, где они играли в карты. Они перевернули стол, карты посыпались на пол, и они выхватили оружие. Двое других, занятых чисткой оружия и починкой туники, также вскочили, вытаскивая оружие.

Центурион Бартос выскочил из сортира с мечом в одной руке, другой ему пришлось придерживать штаны. Он заморгал, глядя на Тави, а потом его лицо потемнело от накатившего гнева.

— Тави, — прорычал Бартос. — Что все это значит? — Он перевел взгляд с Тави на Китаи. — Марат? Здесь? Ты спятил?

— Зима закончилась, — сказал Тави. — Отзыв. Нет, не надо. У нас нет времени.