Железный Шлем посмотрел на пирамиду. Она словно манила его, приглашала. Ее можно было при желании просто уничтожить с орбиты.

Воины вокруг ждали его решения. Он чувствовал их ярость. Как рвущиеся с повода гончие, их жажда убийства рвалась на волю. Со всего города продолжали прибывать Волки. С их когтей капала кровь недавних сражений. Они были готовы закончить дело.

— Лорд… — раздался голос потрясенного Фрея.

Великий Волк жестом приказал ему замолчать.

— Это момент поворота вюрда, братья, — объявил он по связи мягко, но уверенно. — Вот то, ради чего мы пришли. Не будет бомбардировки с орбиты. Мы войдем в логово Предателя и прикончим его, глядя ему в глаза.

Он разблокировал ледяной клинок и активировал энергию.

— Таков наш путь. Держите оружие наготове и следуйте за мной.

Пожар добрался до уровней под командным мостиком «Науро». Он вывел из строя почти восемьдесят процентов площади корабля и уже давно сделал задачу по его спасению невыполнимой. Георит сдался и больше не сражался со вспышками, сосредоточившись на сооружении огнеупорных стен в два метра толщиной в ключевых точках корабля, обрекая остальное на полное уничтожение.

Теперь и эти бастионы пали. Температура в жилых уровнях достигла максимума, при котором еще можно было существовать, но уже только в специальных костюмах, которые теперь носил весь экипаж. Корабль находился на последней стадии разрушения, его двигатели были готовы взорваться, поле Геллера трещало по швам, пустотные щиты уже невозможно было активировать.

Мы отлично поработали, чтобы продержаться столь долго. Зубы Русса, нужно совсем немного.

Чернокрылый восседал на командном троне, невозмутимо взирая на царившую на командном мостике суету. Все выжившие, около двух сотен, скучились на платформах, из последних сил поддерживая жизнь корабля.

Им больше некуда было идти. Внизу коридоры раскалились от пламени, и дышать там стало невозможно. Находиться можно было только на мостике и в нескольких ближайших к нему каютах. Крохотный островок в горе пламенеющего космического мусора. Причем было невозможно предсказать, как долго эти каюты останутся нетронутыми. Скорее всего, минуты. Чернокрылый же надеялся, что часы.

— Мы уже готовы, навигатор? — спросил Волк по связи.

Нейман был уже считай покойник. Его каюту отрезало от командного мостика коридорами плавившегося металла. Он мог незадолго до этого спастись, но пренебрег спасением. Лишь движение давало «Науро» шанс достичь цели, а навигатор мог совершить переход в реальное пространство только из своего святилища.

— Лорд, чем больше ты спрашиваешь, — раздраженно отозвался он, — тем дольше я буду делать вычисления.

Для человека, обреченного на мучительную смерть в огне, Нейман оставался замечательно спокоен. Чернокрылый еще раньше заметил в навигаторе эту черту. Что-то в этих генетических мутантах, казалось, взывало к фатализму. Возможно, они что-то видели в варпе, нечто такое, из-за чего меньше концентрировались на собственной судьбе. Или, быть может, они просто были холодны словно рыбы.

— Дьюлиан, мы долго не протянем, — ответил Чернокрылый, глядя на данные ауспиков. Он назвал навигатора по имени в знак уважения, и это было самое большее, на что он способен. — Дай мне точную оценку.

— Возможно, еще час. Меньше, если вы не дадите мне сосредоточиться.

— Благодарю тебя. Доложи, как только сможешь.

Чернокрылый оборвал связь. Впереди ждало то еще веселье. Один из окуляров реального пространства над командным мостиком, громадный купол из плексигласа в метр толщиной и несколько метров в диаметре, покрывался трещинами. Одна из них зазмеилась из адамантиевой рамы, превратившись в ручеек, текущий к центру окуляра.