Нет-нет, разумеется, муж не хотел ее обидеть. Просто он слишком сильно ударился головой… и сейчас сам не понимает, что говорит. Такое случается. Наверное, Хит станет кричать и выяснять, кто же пытался его убить. Но ничего этим не добьется, только хуже себя почувствует… Так что же делать? Надо каким-то образом заставить его выпить настойку Джоан, чтобы он уснул, восстановил силы и потом лицом к лицу встретился со своим врагом. И необходимо поставить охрану к двери спальни. Необходимо обеспечить его безопасность, пока он отдыхает.

– Черт возьми… – пробормотал Хит. Снова приподнявшись, он схватился обеими руками за голову.

Хелен с сочувствием посмотрела на мужа.

– Возможно, у Джоан найдется для тебя что-нибудь подходящее, – проговорила она. Хит хотел что-то возразить но Хелен тут же добавила: – Она в любом случае должна сюда прийти. Пусть проверит, все ли с тобой в порядке.

Хит тяжко вздохнул и откинулся на подушки.

– Что ж, очень хорошо. Пусть Джоан придет и даст мне что-нибудь от головной боли. И позови сюда Уильяма.

Молча кивнув, Хелен направилась к двери. Она решила, что попросит знахарку приготовить что-нибудь такое отчего муж сможет спокойно заснуть. И разумеется, у двери спальни нужно поставить стражу, чтобы никто не попытался проникнуть к Хиту. И все же… неужели кто-то из ее людей пытался убить Хита?.. Если так, то этот человек, вероятно, полагал, что окажет своей госпоже услугу. Она хорошо помнила тот день, когда Темплтон привез приказ короля. Тогда Даки предложила подмешать лорду Холдену в еду какую-нибудь траву, чтобы… О Господи, ведь в Тирни, наверное, найдется немало тех, кто с удовольствием оказал бы ей подобную «услугу». Во многом это ее вина. Она все последние годы обвиняла лорда Холдена в жестокости, и ее люди, конечно же, ей верили. Хелен понимала, что попала в весьма затруднительное положение. С одной стороны, она должна была защищать своего мужа от своих же людей, а с другой – своих людей от своего мужа.

– Дорогая, как он?

– Уже лучше. Я оставила около него Голиафа. Хит все спит. Но мне кажется, ему скоро потребуется еще одна порция снадобья.

Леди Нелл внимательно посмотрела на племянницу.

– И как долго ты собираешься поить его этой настойкой?

Хелен в смущении потупилась. Хит отказался добровольно принимать усыпляющую настойку, и она попросила Джоан, чтобы та тайком влила это снадобье в настойку от головной боли. А затем, в последующие два дня, Хелен вливала в мужа сонное зелье, как только он начинал шевелиться. Она пыталась убедить себя, что это для его же пользы. Вероятно, удар оказался настолько сильным, что у него все перепуталось в голове. Иначе муж не стал бы говорить ей такие ужасные слова – что якобы она обрадуется, если он умрет. Но ведь Хита действительно кто-то пытался убить… Кто именно? Хелен хотела выяснить это до того, как муж очнется. И вовсе не потому, что считала его совершенно беспомощным – просто ей казалось, что она сама должна поговорить со своими людьми.

Пытаясь докопаться до истины, Хелен осторожно расспрашивала своих слуг, но, разумеется, никто ничего не заметил, никто ничего не знал. В конце концов она поняла: совершенно бессмысленно и дальше поить мужа усыпляющим средством. Он проспал два дня, и его синяки уже поблекли. Без сомнения, и голова уже не болела. Что же касается грозившей ему опасности… Хелен решила, что надо найти какой-то другой способ защитить мужа.

Спустившись с тетей по лестнице в Большой зал, Хелен подошла к столу и обвела взглядом слуг, собравшихся на ужин. Затем со вздохом опустилась на скамью. Неужели кто-то из этих людей ударил Хита и столкнул его с лестницы? А впрочем, ничего удивительного… Ведь некоторые из них раньше жили во владениях лорда и подверглись жестоким наказаниям.