— У меня снова две «шестерки»! — с довольным видом поделилась Дана. — Сегодня мне везет!

— Если бы я столько мухлевал, мне бы везло целую вечность.

Она загребла очередную порцию монеток и подняла бровь.

— Кто это тут мухлюет?

— Не я — это уж точно.

— Да тебе не нравится, что я выигрываю, сучонок?

— Поиграй мы во что-нибудь более интеллектуальное, везло бы мне, наставница.

— Добрый вечер. Как я понимаю, все прошло хорошо.

Появившийся в дверном проеме Ник держал Весту под руку — ни дать, ни взять пара молодоженов. Оба довольно улыбались, и картина выглядела бы идеально, если бы не взгляд «жениха». О чем бы они ни говорили все это время, но это что-то заставило его погрузиться в себя. Ник напряженно размышлял, пытался принять решение, и варианты, судя по всему, были один хуже другого. Хотя страхом от него не пахло. Похоже, этот человек — это существо?.. — давно забыл, что это такое.

— Брат, Дэйна… Слава Великой Тьме!

Веста прижала ладони к груди в знакомом нам жесте.

— Ну, брось уже эти слюни, — поморщилась Дана, складывая кости в деревянный стаканчик. — Лучше бы поволновалась за нашего клыкастого выскочку. Хотя вряд ли твои молитвы бы ему помогли. Интересно, приятели в Аду уже закусали его на радостях?

— Сейчас мы отправимся в путь, — сказал я, поднимаясь. — Только возьму вещи.

Дана поставила стаканчик на стол и тоже встала, отодвигая стул.

— Эй, эй! А как же мои серьги? Невинный смертный мальчик пообещал мне подарок!

— Обещал и сделал!

Увлеченные разговором, мы не заметили появления Курта и Софии. Молодой человек подошел к нам и с гордостью продемонстрировал серьги: клыки Незнакомца, оплетенные светлым металлом.

— Это то, о чем я думаю, Винсент? — спросила Дана, принимая подарок и поднося его к глазам. — Храмовое серебро?

— Это то, о чем я думаю, Дана? Ты дала детям оружие?

— Да ладно, что тут такого? — обиделся Курт. — Ведь оно бесхозное, вот я взглянул на зубы и предложил отколоть от кинжала маленький кусочек и сделать серьги…

Малышка Мириам — точнее, сверток по имени малышка Мириам (она была завернута в теплое одеяло), который София держала на руках — услышала знакомые голоса и радостно заворковала. Сестра погладила девочку по голове.

— Отколоть кусочек храмового серебра? — уточнил я. — И как, получилось?

— Конечно, получилось! Оказалось, металл мягкий. Я не мог понять, как с ним обращаться, а потом пришла София и говорит: а если мы туда положим песок? Положили песок, оплели… — Курт оглядел нас. — А кинжал целехонек! У меня получилось выправить лезвие. Я положил его в твою сумку.

И он церемонно поклонился Дане.

Веста взяла одну из серег и повертела вещицу в пальцах. Вид у нее был ошарашенный. Она пыталась понять, как люди смогли отколоть кусочек храмового серебра, умудрились расплавить его (при том, что металл поддавался исключительно воздействию холодного огня) и что-то из него создать.

— Красиво? — спросил Курт.