— Мне кажется, — надула губы Зара, — теперь Элинор Ланкастер как никогда нужен этот вечер. Если она намерена преодолеть возникшие трудности, ей следует рвануться вперед, устроив умопомрачительное шоу.

— Как говорится, бизнес есть бизнес, ребята. — Оливия спрыгнула с высокого табурета. — За работу!

Боливар свернул газету.

— Я подготовлю флаг к отправке на пристань. Мэтти и Берни мне помогут.

— Спасибо. — Оливия посмотрела на тетку. — Зара, мне нужно с тобой поговорить.

Тетушка заговорщически взглянула на племянницу и картинно схватила ее за руку:

— Разумеется, дорогая!

Оливия пропустила родственницу в свой кабинет и закрыла дверь.

— Тетя Зара, тебя шантажировал Мелвуд Джил.

— Мелвуд? — Зара ошарашенно уставилась на Оливию. — Но это невозможно! Откуда он мог знать о фильмах, в которых я снималась?

— Дело в том, что о фильмах знал дядюшка Ролли.

Обойдя стол, Оливия села в кресло. Она места себе не находила от жалости. Бедная Зара! Ужасно стать жертвой шантажа, но узнать, что вымогателем оказался такой мелкий негодяй, как Мелвуд Джил, было обидно, скорее, даже оскорбительно.

— Ролли знал о моем прошлом? — нахмурилась Зара. — Но он никогда об этом не упоминал.

— Потому что его это не волновало, — заверила тетку Оливия. — К сожалению, дядюшка Ролли хранил всю информацию в папке. После его гибели Мелвуд завладел личным архивом Ролли. Искал компромат на Диксона Хаггарда, а наткнулся на твое дело.

— Боже правый! — Зара переваривала информацию. — Значит, это не бывшая соперница?

— Видимо, нет. Вчера я уничтожила папку.

— Понятно, — Зара запнулась. — Всю папку?

— Там было не так уж много. — Оливия вспомнила краткий документ, который она бросила в огонь. — Всего две странички.

— И никаких… э-э-э… фотографий?

— Ни одной.

— Понимаю.

— Все прошло, тетушка Зара. Словно никогда и не существовало.

— Очень мило с твоей стороны, дорогая. — Зара скорбно вздохнула.

— Больше тебе не о чем беспокоиться.

— Прекрасно, — печально произнесла Зара и приподняла подбородок так, чтобы свет настольной лампы обрисовал ее скулы, как в тот день, когда Сибил решила простить Нику супружескую неверность. — Я благодарна тебе по гроб жизни.

Оливия попыталась хоть как-то утешить несчастную тетку.

— Разумеется, не исключено, что несколько копий твоих ранних фильмов все еще крутятся в архивах студий, на которых ты снималась.

— Правда? — просияла Зара. — Могло случиться и так?

— И никто ничего не в состоянии гарантировать.

— О Боже, ты права! — Всплеснув руками, Зара встала. — Я никогда полностью не освобожусь от угрозы вымогательства.

— Пожалуй, что так.

— Я проведу остаток своих дней под висящим над моей головой дамокловым мечом!

— Да, — улыбнулась Оливия. — Но надо жить. И надо делать дело. Ты не могла бы к трем часам набросать тезисы речи для благотворительного аукциона Симмонс-Кэмерон?

— Берусь за них немедленно! — Счастливая Зара выпорхнула за дверь.

— Ты спас ей жизнь. — Сунув руки в карманы, Тод внимательно изучал облачное небо за окном офиса, словно вычитывал древние руны.