– Вы могли бы показать портрет другим людям, которые находились поблизости от места преступления в то время, и проверить, не вспомнят ли они что-нибудь.

– И что? Если они видели ее – а они ее не видели! – какая нам от этого польза? Вы притащите их сюда, введете в транс и заставите представить себе адрес?

– Это ваша работа, – возразила Фрида. – Вы ведь детектив.

– Вот что я об этом думаю!

Карлссон смял распечатку и швырнул ее в металлическую корзину для мусора, но промахнулся.

– Что ж, по крайней мере, теперь все ясно, – прокомментировала его поступок Фрида.

– Вы впустую тратите мое время.

– Нет. Это вы тратите впустую мое время, главный инспектор Карлссон. И делаете это очень грубо.

– Можете идти. Некоторым из нас нужно выполнять настоящую работу.

– С удовольствием, – ответила Фрида. Она наклонилась и подняла с пола смятую бумагу.

– Зачем вам это?

– Может, оставлю себе как сувенир.

– Мы закончили, – объявила Фрида. – И мы очень вам благодарны.

– Не думаю, что я чем-то помогла.

– Кто знает? Попытаться стоило. Вы торопитесь?

– Не знаю.

– Мне хватит и десяти минут. – Фрида взяла ее за локоть и вывела из участка. – Дальше по улице есть кафе.

Она взяла чайник чая на двоих и маффин на случай, если Роуз проголодалась, но сдоба осталась лежать нетронутой.

– Вы когда-нибудь обращались к психотерапевту?

– Я? Зачем? Вы считаете, мне это нужно? Неужели это так бросается в глаза?

– Я считаю, что психологическая помощь нужна любому, кто прошел через то, через что прошли вы. Неужели вы не получили никакой помощи после того, как ваша сестра исчезла?

Роуз покачала головой.

– Я немного поговорила с женщиной-полицейским, когда это случилось. Она была добрая.

– А больше ничего?

– Ничего.

– Вам было девять лет. Ваша сестра исчезла практически у вас на глазах. Вы должны были присматривать за ней – по крайней мере, так вы считали. С моей точки зрения, девятилетний ребенок не может ни за кого нести ответственность. Она так и не вернулась, и с тех пор вы несете на себе груз вины. Вы считаете, что это вы во всем виноваты.

– Так и есть, – прошептала Роуз. – Все так думали.

– Я в этом сомневаюсь, но сейчас важно лишь то, что тогда думали вы. И что вы думаете теперь. Вы похожи на человека, чья психика развивалась вокруг главного, всепоглощающего факта потери. Поймите, еще не поздно простить себя.

Роуз смотрела на нее и медленно качала головой. В глазах у нее стояли слезы.

– Да, вы можете простить себя. Но для этого вам не обойтись без помощи. Я могу позаботиться о том, чтобы вам не пришлось за нее платить. На это уйдет время. Ваша сестра умерла, и сейчас вы должны попрощаться с ней и строить собственную жизнь.

– Она преследует меня, – прошептала Роуз.

– Правда?

– Куда бы я ни пошла, она всегда рядом.