– Ну хорошо, – сдался Дандридж, выбрав из двух зол – вина и танцев – меньшее.

Они взяли бокалы, перешли в оранжерею и на минуту остановились среди папоротников.

– Дивная ночь. Пойдемте на террасу, – предложила леди Мод и взяла гостя за руку. На террасе они облокотились на каменную балюстраду и уставились в темноту сосняка.

– Не хватает только луны, покровительницы влюбленных, – мурлыкнула леди Мод, повернувшись к гостю. Дандридж взглянул в ночное небо. Время было уже позднее, и Дандридж, хоть и хлебнул шампанского, все-таки прекрасно понимал, что попал в щекотливое положение. В последнее время он прямо-таки не вылезает из щекотливых положений, и вот опять. А ну как сэр Джайлс неожиданно вернется из Лондона и увидит, как Дандридж с его женой на террасе распивают шампанское. Чтобы уйти от разговора о покровительнице влюбленных, Дандридж заметил:

– Похоже, дождь собирается.

– Глупенький, – проворковала леди Мод. – Погода чудесная. Вон какое звездное небо.

– В самом деле. Знаете, мне действительно пора. Спасибо за прекрасный вечер.

– Ну, пора так пора.

Гость и хозяйка вернулись в дом.

– Еще бокальчик? – предложила леди Мод, но Дандридж покачал головой и, хромая, побрел к выходу.

– Заходите еще, – сказала леди Мод, когда он садился в машину. – Не пропадайте надолго. Давно я так не веселилась.

Она помахала ему рукой, и машина отъехала от дома. Но далеко она не уехала: что-то стряслось с управлением. Автомобиль все время сносило влево, слышался какой-то шлепающий звук. Дандридж остановился, вылез и ощупал переднее левое колесо.

– Черт! – вырвалось у него. Колесо спустило. Дандридж вынул из багажника домкрат. Пока он поднимал машину домкратом и снимал колесо, свет в доме погас. Вытащив из багажника запасное колесо, Дандридж поставил его на место поврежденного и убрал домкрат в багажник. Потом он сел за руль, включил двигатель и тронулся с места. Раздалось то же шлепанье, и машину опять повело влево. Дандридж чертыхнулся и снова затормозил.

– Наверно, поставил вместо запаски снятое колесо, – проворчал он и полез за домкратом.

Раздевшись, она подошла к зеркалу и окинула себя придирчивым взглядом и презрительно процедила:

– Эти мне мужчины.

Спора нет, по нынешним понятиям она не красавица, но что ей за дело до нынешних понятий? В мире, по законам которого она жила, во всем ценилась основательность: если женщины, то крупные, если мебель, то тяжелая, если аппетит, то зверский, если чувства, то могучие. А вся эта новомодная блажь – разговорчики о сексе, женоподобные мужчины, мужеподобные женщины, всякие там диеты для похудания – нужны ей как прошлогодний снег. Эх, встретить бы сильного мужчину – такого, что в постели не сробеет, не дурак поесть и сумеет подарить ей наследника. От Дандриджа, как видно, этого не дождаться.

– Знал бы, что теряет, голова садовая, – буркнула леди Мод и нырнула в постель.

Леди Мод соскочила с кровати и зажгла свет. Стало быть, голова садовая все же вернулась. Гость застал леди Мод врасплох. Она схватила губную помаду, впопыхах подвела губы, напудрилась и обильно подушила за ушами «Шанелью». Потом скинула пижаму, натянула полупрозрачную ночную рубашку и, спустившись в прихожую, отперла дверь.

– Извините, что я так врываюсь, – смущаясь, сказал Дандридж, – но, по-моему, у меня лопнула шина.

Леди Мод понимающе улыбнулась:

– Шина лопнула?

– Да. И даже две шины.

– Ах, даже две?

– Да.