К концу года убытки составили 7380 долларов.

— В будущем году мы должны добиться большего! — заявила Флорентина.

— Это почему? — спросил Ричард.

— Потому что наши расходы на еду увеличатся.

— Разве к нам переезжает Белла?

— Нет, просто я беременна.

Ричард был безмерно счастлив и переживал только по одному поводу: он не мог заставить Флорентину перестать работать в магазине вплоть до дня, когда увёз её в роддом. Отчётный год они отметили небольшой прибылью в 2000 долларов и рождением сына весом в 4 килограмма и 100 граммов. У ребёнка был только один сосок. А имя ему — в случае рождения мальчика — родители придумали за несколько недель до рождения.

Джордж Новак был удивлён и обрадован, когда его пригласили стать крёстным отцом сыну Флорентины. Авель тоже был рад, хотя не признавался в этом. Он пользовался любой возможностью узнать о том, что происходит в жизни дочери.

Познакомившись с Ричардом Каином, Джордж сразу же привязался к нему, а когда увидел, чего добилась Флорентина за такой короткий промежуток времени, — понял, что она не смогла бы этого сделать, если бы не здравый смысл и осторожность её мужа.

Джордж решил, что не станет скрывать от Авеля своего мнения относительно молодого человека.

16

Нэнси Чинг хорошо вела дела магазина, пока Флорентина находилась в больнице, но, несмотря на это, вскоре после рождения Каина-младшего Флорентина с радостью вернулась к работе.

В первые два года семейной жизни Ричард и Флорентина сосредоточились на своих карьерах. Флорентина собиралась купить ещё один магазин, а Ричард получил очередное повышение в банке.

После отъезда Джорджа ни Ричард, ни Флорентина не вспоминали о печальной теме вражды их отцов, поскольку не осталось ни малейшей надежды на их примирение. Время от времени оба звонили своим матерям, а Ричард, хотя и получал письма от сестёр, был расстроен, когда не получил приглашения на свадьбу Виргинии. Такое положение дел могло бы продолжаться до бесконечности, если бы не два события.

Флорентина с большим интересом наблюдала за строительством отеля «Барон» в Лос-Анджелесе, где она готовилась открыть свой третий магазин. Новый отель был построен к сентябрю 1960 года, и Флорентина взяла выходной, чтобы присутствовать на церемонии открытия, в которой должен был принять участие сенатор Кеннеди. Она стояла в задних рядах огромной толпы, которая собралась посмотреть на кандидата, и время от времени поглядывала на отца. Авель показался ей сильно постаревшим и явно потолстевшим. Глядя на его окружение, можно было сделать вывод, что он тесно связан с Демократической партией. Ей стало интересно: если Кеннеди победит — предложит ли он отцу должность посла? Флорентине понравилась толковая приветственная речь Авеля, но выступление молодого кандидата в президенты просто заворожило её. Джон Кеннеди показался ей символом новой Америки; после его выступления она страстно захотела, чтобы он стал следующим президентом Соединённых Штатов, и решила по возвращении в Сан-Франциско найти возможность и отправить деньги в фонд избирательной кампании Кеннеди. Ричард, однако, оставался неколебимым республиканцем и стоял за Никсона.

Приближались очередные выборы, и вновь Флорентина всё своё свободное время проводила в штабе Демократической партии в Сан-Франциско, подписывая конверты и отвечая на телефонные звонки. В отличие от двух предыдущих кампаний, она была убеждена, что демократы наконец нашли достойного кандидата. Последние телевизионные дебаты между кандидатами пробудили в ней политические амбиции, которые едва не похоронил Генри Осборн. Кеннеди обладал такой харизмой, а его политическая проницательность была настолько глубокой, что Флорентина удивлялась, как кто-то, наблюдавшей за президентской гонкой, может голосовать за республиканца.