В 1980-е годы Клет Персел поймал одного проходимца за подделку чека на своей улице на озере Понтчартрейн. Оказалось, что это профессиональный домушник, разыскивавшийся в семнадцати штатах, и при этом он не только три раза сбегал из-под стражи, но и успешно выдавал себя за священника, нефтяного магната из Далласа, биржевого брокера, автора книг «помоги себе сам», психотерапевта и гинеколога. Когда Клет позже перевозил его к месту отбывания наказания, он спросил этого домушника, к тому времени уже закованного в наручники на заднем сиденье его патрульного автомобиля, как тот умудрился приобрести все эти знания при отсутствии официального образования.

Домушник ответил:

— Да легко. В каждом городе, где я живу, я приобретаю пропуск в публичную библиотеку, ведь содержимое всех книг в этом здании — бесплатно. Еще я читаю каждую статью и каждую колонку в утренней газете, от первой до последней страницы. Неплохая информация за двадцать центов.

— И как это тебе помогает? — спросил Клет.

— Мужик, ты откуда свалился? Какую работу ни возьми, важно то, как ты выглядишь, а не то, что ты умеешь. Засунь себе в карман рубашки несколько авторучек, возьми в руки блокнот, и ты прокатишь за кого угодно.

Клет считал, что Карузо была в Новом Орлеане, в основном, потому, что Фрэнки Джиакано, третий член этой компашки неудачников, пытавшихся поиметь Персела, все еще был жив. Но в какую дыру залезла его дочь? Ее точно не было в черных кварталах, там слишком много полиции. Она также не сунулась бы в места, где на улицах трутся проститутки и дилеры. Нет, вероятно, Гретхен затаилась в каком-нибудь гостевом доме в пригороде или в белом районе для рабочего класса, а может быть, и в районе Тулэйна или Лойолы, где живет и тусуется студенческая братия. И, скорее всего, она по утрам прогуливается по улицам Французского квартала, где в это время на смену бесшабашным вечерним кутилам приходят степенные семейные люди. Они заглядывают в витрины антикварных магазинов на Ройал или посещают собор Святого Луи на Джексон-сквер, а может, просто наслаждаются свежим кофе с горячим молоком и бенье в «Кафе дю Монд».

Пока что единственным человеком, владеющим хоть какой-то информацией о Карузо, был Конт Корбона, также известный как Барон Белладонна, вконец отморозивший себе мозги наркотой на концерте «Роллинг стоунз» в Атламонте, когда закончилось десятилетие хиппи, а их музыка улетела на вертолете, оставив на сцене мертвеца и озверевших байкеров, гонявшихся за меломанами с бильярдными киями.

Клет Персел припарковал свой «кадди» во дворе своего офиса и отправился к магазинчику Конта и Джимми Пятака. Едва переступив порог магазинчика и услышав тоненький перезвон дверного колокольчика, частный детектив почувствовал, что привычная атмосфера улетучилась и теперь здесь ему явно не рады.

— Что стряслось? — спросил он.

— Чего тебе, Персел? — буркнул Джимми, не поднимая глаз от кассового аппарата.

— У меня тут пара билетов на борьбу без правил для Конта, я знаю, что он от этого тащится, — сказал Клет. — Я этих двух борцов разок в Лафайетте застал. Южноамериканский карлик тогда Мистеру Мото в мошонку из духового ружья засадил.

Конт увлеченно стирал пыль веничком из перьев с больших стеклянных банок, наполненных грибами, травами и маринованными земноводными гадами.

— Я ищу киллера по имени Карузо, — сообщил Клет. — Думаю, Конт может меня очень сильно выручить.

— Персел, тут тебе ловить нечего, — сказал Джимми.

— Это личное. Не советую вам, парни, отмалчиваться.

— У меня для тебя новости. Все в этом мире — личное. Как, например, втягивать нас в дело с убийством, — ответил Джимми.