— Мы не хотим больше выкупать у нее акции. Мы купим их потом, когда история со всеми этими смертями перестанет интересовать органы.

— Не понял, — до Сергея начал доходить смысл слов шефа.

— Все очень просто, в случае смерти девчонки ее акции, как и акции Журавля, будут распродаваться с аукциона. Кстати, аукцион с акциями Журавля назначен на пятое декабря. Неплохо было бы, чтобы дело о смерти Владиславы закончили до тех пор. Вот тогда мы и завладеем фирмой. Все честно, все законно.

— А если акции перекупит кто-то другой?

— Ох, ну что за пессимизм, молодой человек, в вашем-то возрасте? Даже если часть этих акций сумеет перекупить кто-то посторонний, то, с учетом того, что остальные соучредители уже согласились со мной сотрудничать, мне нужно будет добавить всего пятнадцать процентов, чтобы получить контрольный пакет акций.

— Оба? — напряженно спросил Сергей.

— Что оба? Или это у вас такое радостное восклицание «Оба!!!», помню я тоже когда-то в детстве так выражал свой восторг.

— И Анин и Юворский согласились сотрудничать с вами?

— Ну конечно. Куда ж им, перепуганным, деваться-то? Впрочем, меня настораживает ваша осведомленность. Чем вы все это время занимались?

— Пытался помочь Владиславе найти убийцу ее отца, — честно признался Сергей.

— Ха-ха-ха! До чего же остроумно придумано! Искать убийцу с его же помощью. Вы злодей, молодой человек, искуситель и соблазнитель…

— Перестаньте, — Сергей начал раздражаться, — Так это и есть ваша радостная новость?

— Ну да. Очень скоро вы получите остаток своего гонорара и кассету, которая так тяготит вас.

— Когда?

— Как только я получу подтверждение того, что Владислава Раевская… — Александр Яковлевич сдвинул брови, пытаясь подобрать нужное слово, — Как только я узнаю, что она действительно отправилась на свидание к своему папочке.

— А где гарантии, что вы честно отдадите мне кассету?

— Тут вам придется поверить мне на слово. У вас нет другого выхода, молодой человек. Да не переживайте так. Вы мне глубоко симпатичны и я выполню свои обязательства. Скажите, как вы собираетесь, гм, убрать Раевскую.

— Как обычно, — мрачно буркнул Сергей.

— Помилуйте, но ведь это чистой воды безумие… Ведь тогда всем будет понятно, что ее убили. Может лучше, пусть она покончит жизнь самоубийством?

— Не поверят. И потом, я по-другому не умею.

— То есть током в ванной?

Сергей с радостью отметил про себя, что настоящая причина смертей Раевского и Журавля так и осталась неизвестной широкой общественности. Сам Сергей тоже никогда не узнал бы правду, если бы Владислава в свое время не подслушала разговор следователей.

— Да, — Сергею пришлось стать необычайно терпеливым, чтобы, ничем не выдав своего волнения, дослушать указания шефа до конца…

Несколько позже, уже покинув кабинет своего работодателя, Сергей почувствовал, что всякому терпению бывает конец.

— Нет, ну ты просто хам! — почти кричал он на своего собеседника.

— Не хотите, не надо…

— Ну хорошо! — Сергей уже двадцать минут пытался добиться от этого остолопа электрика положительного ответа, — А если к пяти рублям я добавлю бутылку водки?

— Вот так бы сразу… А то, выручи, да выручи. Пять рублей, десять рублей… Меня, если хочешь знать, деньги вообще не интересуют. Тоже мне, гонорар…

— Господи! Но ведь там работы на две минуты!

— А какая ответственность! А какая требуется точность!

— Ладно.