Менял по прошлой жизни я помнил очень хорошо. Этакий вид галимого уличного разводилова, даже скорее конкретного кидалова, которое цвело в 90-х. Поэтому с товарищами менялами следовало держать ухо востро, чтобы не оказаться кинутым на бабки. Но хотелось верить, что Леня не стал бы рекомендовать своему «братану» кидал, а эти двое были вполне себе «настоящими» валютчиками. В смысле из тех, кто реально покупают доллары по курсу более выгодному, чем в обменнике и на разнице наживаются. Впрочем, особо других вариантов поменяться у меня все равно не было, а деньги нужны здесь и сейчас.

— Здоров мужики, — поприветствовал их я, подойдя к «девятке».

Оба налегке, одеты в спортивные штаны, причем одна штанина закатана до колена, и в майки без рукавов. Антуража добавляла надпись, нанесенная на стене вокзала за их спинами — «Ельцин Шакал».

— Здорова, дядя, — со мной заговорил брюнет с бритой головой, покосившийся на мой чемодан. — Че надо?

— Доллары поменять, — уверенно ответил я.

— Сколько? — пробубнил второй меняла, рыжий, смачно чавкая куском шашлыка.

— Сотню.

— Всего? — уточнил лысый, при моих словах о деньгах он отложил мясо на газетку, застеленную на бампере «девятки» и не особо заморачиваясь, вытер жирные руки о свои штаны.

— Всего, сотня. Одна. Какой у вас курс на обмен? — поинтересовался я.

— По семьсот рублей за доллар выкупаем, — объявил цену сделки лысый.

— Восемьсот, не меньше, — также спокойно, как и прежде, сказал я.

— Брат, не на рынке, чтобы торговаться, — заявил лысый. — Семьсот двадцать и меняем или иди дальше.

— Ага, — подтвердил рыжий, вгрызаясь в кусок жареного мяса и громче прежнего чавкая.

Я не знал точный курс доллара по отношению к рублю, но предположил, что сумма, которую мне назвали менялы как минимум на несколько сотен рублей меньше, интересно, сколько они выручат эти в «настоящем» обменнике, когда завтра откроется пункт. На лоха меня щупают, поведусь — не поведусь.

— Восемьсот или других менял найду, — настоял я на своем.

— Других менял на вокзале нет, — улыбаясь, ответил рыжий, смекая, что ему крепкий орешек в моем лице достался. — Но давай, пацан, хрен с тобой. За семьсот девяносто поменяем. Баксы твои где?

Я вытащил купюру. Успокаивало, что эти двое не стали озвучивать мне «сказочный» курс обмена, близкий к реальному из обменника. Нет, они назвали цифры (заниженные правда изрядно), с которых могли поиметь прибыль. Но осторожность никогда не помешает, поэтому я задал встречный вопрос, когда меняла протянул к долларовой купюре руку:

— Рубли покажи сначала? На что менять будешь, — попросил я.

— Хе, прошаренный какой, че с непорядочными фраерами сталкивался? Обули? — хмыкнул лысый и достал из кармана бабки. — Таких полно.

— На капот их клади, — кивнул я на «девятку», не став предаваться разглагольствованиям о чей-либо непорядочности.

Знал, как работают валютные кидалы, сколько пацанов близких прежде на такой лохотрон попадали с разводом. Самое паршивое, что ведь потом кидал не найти днем с огнем, на одной точки они никогда не работали дважды, да и схемы каждый раз придумывали новые.