Лида, то белея, то краснея, закопошилась у себя за прилавком, ключ, судя по всему, искала. Кастет, угрожающе ударяя кулаком по ладони, ко мне двинулся.

— Дед, давай, подъем, выходим, — сказал он.

— Памаги мне, унучок, — я голову опустил, так, чтобы он мне в глаза смотреть не мог, голову в плечи втянул, максимально прикрываясь пледом.

Слова я произнес шепотом, чтобы Кастет не расслышал. И он не расслышал.

— Чего ты там блеешь, — он ко мне решил ближе подойти, и уже руку протянул, явно намереваясь «помочь» подняться.

Но вдруг замер, глаза сузил.

— Череп, это не… — что «это», он договорить не успел.

Я, держась за костыль обеими руками, резко дернул его вверх, ударяя рукоятью в подбородок нагнувшегося передо мной бандита. Удар получился плотным, Кастет зубами щелкнул и завалился назад.

— Ах ты ж, гнида… — Череп за пистолетом полез.

Лида завизжала, как будто смерть с косой увидела. Впрочем, это было недалеко от правды. Череп вытащил ствол, на ходу поднимая и снимая с предохранителя.

Рывок.

Я резко сблизился со вторым бандитом, ударяя наотмашь костылем по руке с пистолетом. Бейсбольная бита из костыля была так себе, но силы удара хватило, чтобы выбить пистолет из руки Черепа. Ствол покатился по полу. Бандит озадаченно проводил его взглядом и повернул голову обратно, теперь рожу его от гнева перекосило.

— Удавлю! — бросился он на меня.

Я думал его вторым ударом костыля на пол отправить и обрушил его на лысую черепушку. А вот это уже ни фига — костыль, врезавшись в голову бандита, рассыпался у меня в руках. Череп головой встряхнул, казалось, еще больше зверея, и попер вперед, как медведь руки расставив. Видимо, действительно хотел схватить в охапку и удавить, ну или кости переломать. Подпустить мордоворота к себе было никак нельзя, и я выбросил удар родом из тайского бокса — тип. Занес перед собой ногу в полусогнутом колене и резко распрямил, врезаясь в грудь Черепа пяткой, одновременно отталкивая тушу от себя.

Череп удар ощутил на своей шкуре. Продолжил топать вперед по инерции, закашлявшись. Я ушел с линии атаки и во второй раз вонзил свою пятку в тушу бандита. На этот раз метил в печень — ударом с разворота. Череп не сразу понял, что произошло, а потом, секунды через две, бандита догнало. Удар по печени всегда имеет чуть отложенный эффект. Он зашипел, падая на колени, и, скорчившись, схватился за правый бок.

— Сергей, отойди!

Я даже не заметил, как девчонка выскочила из-за кассы и к стволу бросилась, который отлетел к дверям. Сейчас она выставила оружие, удерживая пистолет обеими руками. Ну что ж ты творишь… Пришлось резко менять планы по добиванию Черепа, я в один прыжок оказался возле Лиды, чтобы забрать у нее пистолет. Но как назло, бандит успел снять его с предохранителя.

БАХ!

Ствол пулю выплюнул, и лампа на потолке осыпалась осколками. Пистолет-то был самый что ни на есть боевой.

Лида с перепугу ствол выронила, он к Черепу отлетел, и тот, всё ещё стискивая от боли зубы, настырно потянул к оружию свои грабли. Ну уж нет, такие гуси не взлетают, я оказался у ствола первый. А ползущему Черепу всадил размашистый удар ногой, пенальти пробил, где вместо мяча — голова бандита. С противным хрюканьем, горилла взбрыкнула на пол, раскинув руки и ноги в позе морской звезды. Поколебавшись мгновение, я схватил пистолет. На стволе могли остаться пальчики Лиды, а неизвестно, в каких передрягах этот ствол побывал.

Хреново, конечно, все складывалось. Отсюда следовало срочно валить — минут пять-десять, и гориллы в себя начнут приходить, к этому времени я должен быть как можно дальше отсюда.