— Да, — со вздохом ответил Маркус. — Так что вам с Коулом придется прикрывать нас огнем, если черви заметят передвижение. А когда жалюзи поднимутся, держитесь ближе и входите следом за ними.

На канале связи еще не утихло бормотание Бэрда о безумии этого плана, а Дом с Маркусом уже потихоньку отошли назад и свернули в боковую улочку, чтобы обойти здание. Как и говорил Маркус, там оказался еще один вход в магазин. Стены уцелели. Дверей не было.

Дом проверил свой «Лансер» и последовал за Маркусом внутрь. Похоже, ему эта территория действительно была знакома.

— Маркус, ты сказал, что мы бросимся на бумера. Определи задачу точнее.

— Прыгнем на него. И снесем ему голову.

Громадные бумеры обладали такой силой, что могли таскать на себе небольшие артиллерийские орудия. Еще они были тупыми, словно пни, во всяком случае, сильно уступали трутням в сообразительности. Так что единственный способ борьбы с бумерами заключался в том, чтобы обмануть их и подойти вплотную, не давая воспользоваться оружием.

"Конечно, если только они до этого не успеют оторвать нам головы…"

Маркус, перепрыгивая через две ступени, помчался наверх. Заученная в детстве схема, по-видимому, отлично сохранилась в его памяти. Дом провел рядом с Маркусом большую часть детства, но здесь ему бывать не приходилось. Вероятно, это было неподходящее для него место.

— Да, я примерно так и подумал, — сказал Дом. — Ближний бой.

— Он не выдержит нашего прыжка.

И Маркус действительно намеревался прыгнуть.

"Что же мне, черт побери, делать, если его убьют?"

Потеря детей — огромное горе. Но когда пропала еще и Мария, Дом — возможно, сам того не сознавая — сблизился с Маркусом. Этот парень был его другом, последним напоминанием о счастливых временах. Его невозможно никем заменить, по крайней мере здесь, в этом опустошенном мире. Слабым утешением могло служить лишь то обстоятельство, что каждый, абсолютно каждый лишился своих родных или друзей. Не приходилось скорбеть в одиночестве. Горе было понятно всем.

"Я не позволю ему погибнуть".

Маркус, не догадываясь о тревогах Дома, ударом ноги распахнул дверь, закрывавшую выход с лестничной клетки. Перед ними возник темный проем.

— Свет… — произнес Маркус, точно разговаривая сам с собой. Дом заметил эту привычку еще с первой их встречи. В коридоре не было естественного освещения. — И почему у нас нет ни одного фонарика? Ладно, этот коридор проходит мимо кабинетов служащих… И возле лифта мы попадем на галерею.

— А вдруг за то время, пока ты здесь не был, они произвели какие-то перепланировки?

— Это здание защищено законом об охране исторических памятников. Даже перегородки должны оставаться на своих местах.

Маркус всегда помнил мельчайшие подробности, и время от времени они бывали очень кстати. Ярдов пятьдесят друзья прошли на ощупь, а потом свернули направо. Дом увидел впереди ярко освещенный прямоугольник. Коридор наполнился грохотом ожесточенной перестрелки.

— Дверь на галерею, — сказал Маркус. От нее остался только пустой проем, даже без петель. — Ты готов?

— Все отлично.

— Ты думаешь, мне захотелось умереть?

— Нет. — "Ну разве что… иногда". — Эй, вдвоем мы справимся. Как и всегда, верно? — Дом поднял руку с растопыренными пальцами. — Ну, раз, два… три.

Дом, хоть и не знал помещение, на этот раз первым оказался у выхода. Сокрушительный грохот ударил в уши. Оказавшись на галерее, Дом отчетливо увидел картину боя.