И Елене Штрауд тоже.

В какое-то мгновение она вывернула руку и потянулась за ножом, чтобы разрезать ремни.

— Проклятие! — выдохнула она.

Взрыв оказался более мощным, чем ожидал Карлос. Он разорвал машину пополам, и пламя взметнулось к самому небу. Штрауд закинула в люк чертову прорву взрывчатки!

— Мэм? Мэм! — На порядок переговоров было уже наплевать. — Страховка, что с вами? Мэм!

Это были самые нелепые слова из всех, что он когда-либо произносил. Еще не закончив, он понял, как глупо было кричать. Но человек всегда надеется — и Карлос знал, что солдаты могут выжить в такой ситуации, когда никто выжить не должен. Он знал человека, поправившегося после ранения в мозг. Он видел чудеса…

Но Штрауд он никак не мог отыскать. «Аспид» же разлетелся на куски. Наконец Карлос расширил зону поисков на тридцать метров от цели. То, что он увидел, не оставляло сомнений: майору Штрауд уже не нужна помощь.

— Ох, черт!.. Черт!..

Карлос все еще прислушивался в надежде, что различит ее дыхание, хотя после увиденного это было чистым безумием. На канале связи не было даже треска помех. Маркус схватил Карлоса за пояс, когда тот вскочил на ноги, чтобы лучше видеть. Он был готов бежать через низину, наплевав на инди, и принести ее останки.

— Черт, нельзя же ее оставить.

— Ложись, — тихо приказал Маркус. — Я знаю. Я знаю. — Он прижал руки к голове и заговорил в микрофон: — Матаки, теперь твоя очередь.

— Я слышала, — откликнулась она. — Это точно? Она С-четыре?

С-четыре, статус-четыре: мертв, медицинская помощь не требуется. Обозначение из безучастного клинического кода, определявшего очередность оказания медицинской помощи: от С-один — ходячие раненые, до С-три — требуют срочного внимания. Но С-четыре в помощи медиков уже не нуждались.

…И Аня все это слышала по радиосвязи.

Карлос старался сдерживаться. Он не мог объявить, что майора Штрауд разорвало на части. До него начало доходить, что ее дочь все это слышит, и ничего более страшного он не мог себе представить. И вновь он вспомнил о Доме.

— Подтверждаю, это статус-четыре, — произнес он. — И проклятый «Аспид» в таком же состоянии. Она сделала это.

Матаки немного помолчала.

— «Калона», центр. Страховка погибла. Это С-четыре.

Соблюдение протокола было необходимо, и Карлос это понимал.

— Еще один «Аспид», — заговорил Маркус, обращаясь к Матаки. Они вдвоем остались последними командирами, хотя и без офицерского звания. — Это главная проблема. Угроза для «Воронов».

— Сиди, где сидишь, Феникс, — откликнулась Матаки. — Жди.

Карлос прислушался. «Химеры» все так же кружили в воздухе.

Они ждут, когда выйдет группа Хоффмана. Они не собираются бомбить собственный комплекс.

— Бедная несчастная Аня, — тихо пробормотал Маркус. Он сглотнул — так громко, что услышал даже Карлос. После стольких смертей Маркус менялся на глазах. — Якове, ты слышишь этих ублюдков? Боюсь, что уничтожение «Аспида» не решит наши проблемы.

Что ж, Аня Штрауд заслужила похвалу матери. По крайней мере она успела об этом узнать. Многие люди не говорят того, что должны сказать, пока не становится слишком поздно.