Сильва полетела навстречу эльфийской армии на пути с севера, и её лёгкий прощальный поцелуй ещё долго ощущался на щеке Флетчера после того, как она и Лисандр исчезли в небе. Флетчер поймал её взгляд, когда она взлетела. Это было горькое напоминание о том, чего никогда не может быть осуществлено.

В спешной подготовке экспедиции, он почти забыл, что будет расставаться с близкими друзьями, и чувствовал их потерю ещё до того, как они исчезли из его поля зрения. Хуже всего было с матерью, которую он не успел навестить. Только зная то, что он может прилетать на Игнатусе и навещать её, он смог вообще заставить себя уехать. Гарольд обещал, что она получит лучший уход, который могут предоставить врачи Корсилиума.

Приятным сюрпризом было узнать, что Таисса присоединится к колонистам. Она смущённо представила своего мужа, прежде чем погрузиться в повозку, молодого гнома кузнеца по имени Милло, который был учеником Утреда, прежде чем открыть свою собственную мастерскую.

Была короткая перепалка, когда Утред задержал отправление фургонов, чтобы их сопровождение могло уйти, а затем и они пошли под грохот колёс и стук копыт по мощённым улицам. Одни гномы махали платками, когда они проезжали мимо, другие подбегали и передавали им в последнюю минуту еду. В течение часа они были за пределами города и припустили вдоль пыльной дороги на юг, в окружении пологих холмов сельскохозяйственных культур и небольших деревень.

Сначала Флетчер ехал впереди с сэром Колдером и Бердоном, но вскоре они уснули, потому что были измотаны от своего долгого путешествия на юг. Так как они спали, он вылез на сиденье рядом с гномом возницей и обсуждал маршрут. Но старый гном казался обеспокоенным, он постоянно оглядывался через плечо. Флетчер спросил, чего он боится.

— Бандитов, — прямо ответил хозяин повозки, уставившись на пустой пейзаж.

Только тогда Флетчер понял, насколько ценным на самом деле был их конвой. Если не считать свою долю призового фонда, спрятанную в сумке, содержимое повозок можно было бы продать на черном рынке очень дорого. Они были главной мишенью для любого из бродячих разбойничьих отрядов, которые находились в пределах Гоминиума, и его маленькая группа солдат была не готова защитить его.

Кто-то должен был разведать окрестности. Поэтому, он выскочил из повозки и вошел в ближайшее кукурузное поле. Он наблюдал, как караван проходил мимо, и был рад видеть, что сэр Колдер разместил своих солдат на трех повозках — спереди, посередине и сзади, готовясь к атаке с любого направления. Всего было двадцать повозок, и каждая тянулась парой кабанов, огромными животными, такими же большими, как ослы, но в два раза шире. Он наблюдал за этими странными зверями, пока ждал, когда они пройдут мимо, очарованный мармеладной окраской их щетинистой шерсти и короткими изогнутыми клыками на нижних челюстях.

Затем, когда повозки оказались вне поля зрения, он вызвал Игнатуса с Афиной и взлетел. Это было так же волнующе, как и в первый раз — взлететь в небо и наблюдать, как дорога превращается в тонкую коричневую линию вдоль лоскутного желто-зеленого одеяла окружающих полей. Сейчас было лучше — не нужно было бояться демонов и убегать от орков. Небо было почти пустым, заполненным только облаками и вдалеке виднелся летящий гусиный клин.

Крыло Афины всё ещё находилось на излечении, хотя и было уже на пути к выздоровлению, поэтому она сидела на крупе Игнатуса и всматривалась в пейзажи.