-  Бесполезно над всем этим сушить мозги… - уныло махнул рукой Чоппер. - Все равно у нас нет доступа к телефону…

    -  Он может, однако, и появиться, - решительно заявил Макс и принялся энергично стучать костяшками пальцев в филенку двери.

    В ответ дверь приотворилась и в нее просунулось унылое рыло коридорного. Коридорный мрачно осведомился, чего гостям надо, черт побери? Макс тут же вступил с ним в оживленную беседу о качестве сервиса в «Приюте» и том, кто за этот сервис намерен платить наличными. На звуки разговора прихрамывая появился сам снедаемый скукой содержатель пансиона. Он тут же выслушал признание Макса в том, что, хотя он и его друзья не отказались бы и от пары банок холодного пива - на каждого, разумеется, - гораздо более щедрым жестом гостеприимства со стороны хозяина была бы простая колода карт, которая позволила бы гостям «Приюта» скоротать невыносимо тянущееся время.

    -  Гм… Действительно… - пробормотал себе под нос Турок и окинул компанию вынужденных постояльцев озадаченным взглядом. - Вы собираетесь резаться в карты втроем?

    -  Кхм… - откашлявшись, включился в разговор обретший неожиданную сообразительность Чарли. - Мы бы не возражали, если бы вы, уважаемый хозяин, стали бы четвертым за нашим столом…

    Долго уговаривать себя Турок не заставил.

    Ким обругал себя в глубине души: чего ему было, собственно, опасаться здесь и сейчас, находясь посредине сети наблюдения профессионалов. При этом рискуя только встретиться с гномами, которые, если и существуют, пока что не считаются враждебными людям. А то и их друзьями По крайней мере на период детства. Хотя, надо сказать довольно странными друзьями…

    И он пошел на звук голоса. Голос этот исходил из нише в стене, которая показалась Агенту заброшенной и пустующей, как и все в этом дворике и во всем монастыре очевидно. Должно быть, в нише находилась когда-то статуя, которая давно разбита или покоится где-нибудь в ином месте. Но, к удивлению Кима, в нише было и кое-что еще, кроме облупленного каменного постамента. Постамент производил вполне античное впечатление, словно стоял где-то на матушке-Земле, а не в миллионах миль от нее. Сбоку от него в стене виднелась почти незаметная дверь, снабженная даже таким атрибутом старины, как дверной молоток, укрепленный на вмурованном в камень стены кольце.

    Впрочем, пользоваться этим древним инструментом Киму не пришлось. Дверь была приотворена, как бы приглашая его войти. Тратить время на сомнения и колебания было уже поздно. Выбор был сделан раньше. И, похоже, не им самим. Ким окончательно отворил дверь и шагнул внутрь. В небольшом зале царили покой и неожиданный для заброшенного здания порядок. Поклонники Вселенского Киберразума могли хоть сейчас чинно рассесться по заботливо расставленным здесь скамьям - ну разве что слегка смахнуть с них пыль - и приступить к привычному обряду восхваления своего престранного господа.

    -  Это здесь, - сказал ему все тот же голос.

    И Ким сообразил, что голос этот исходит откуда-то со стороны алтаря. Говорила с ним небольшая телефонная трубка, лежавшая на пюпитре кафедры, с которой в свое время читали, должно быть, проповеди. Ким узнал этот телефон. Это был старый, знакомый ему совсем по другому Миру мобильник Энни.

    -  Вы слушаете синтезированную запись, - продолжал цхий, доходчивый голос. - Так что анализ этой фонограммы ничего не скажет вам обо мне. Да и искать вам меня не стоит. Я - только посредник.