Спартанец помедлил с минуту, рассматривая в зеркале смертельный взгляд Медузы, ее страшные глаза, ее клыки, ее волосы-змеи.

Снова Кратоса внезапно подхватила невидимая сила и потащила вверх. Из тускло освещенного подземелья он перенесся в ослепительную белизну.

— Ты замечательно справился, мой спартанец.

«Никакой я не твой», — подумал он, но вслух спросил:

— Госпожа Афродита?

Прикрыв свободной рукой глаза от яркого сияния, он с трудом различил прозрачный шелк, соблазнительно прильнувший к божественному телу. Афродита взялась за испустивших дух змей и забрала из рук Кратоса отрубленную голову.

— Госпожа Афродита, теперь я свободен?

— О да. Ты выполнил мое поручение, и осталось лишь вознаградить тебя. — Она протянула ему голову Медузы, предусмотрительно отвернув ее лицо в сторону. — Бери за змей. Вот так. Осторожно, не смотри в глаза. А теперь перекинь ее через плечо тем же движением, каким убираешь в ножны эти громадные мечи, что ты носишь за спиной.

Кратос сделал, как велела богиня, но вдруг почувствовал, что змеи исчезли из его ладоней.

— Что случилось? Куда она пропала?

— Она будет всегда при тебе. Просто скинь руку за спину, и она тут же появится, уже повернутая в нужном направлении и готовая обратить твоего врага в камень.

— Но как это действует?

— Волшебным образом. И вот что еще ты должен знать: Медуза мертва, а значит, не так могущественна.

— Люди не обратятся в камень?

— Еще как обратятся. Но ненадолго.

Кратос смотрел на Афродиту в упор, ожидая полного разъяснения.

— У тебя будет десять секунд. И что бы ты ни делал, не потеряй ее. — Богиня любви внимательно посмотрела на него и добавила: — Когда закончишь, она будет нужна Афине. То ли для щита, то ли для плаща… Впрочем, неважно. Ты уничтожил старшую горгону, и теперь ее сила принадлежит тебе!

В мгновение ока Афродита выросла до небес, и казалось, что она волосами касается луны. Когда богиня снова заговорила, ее голос звенел, как бронзовый колокол.

— Обездвиживай и сокрушай своих врагов взглядом Медузы. Ступай, Кратос. Вперед, во имя Олимпа!

Не успел спартанец открыть рот, как вновь оказался в Афинах. По-прежнему над Акрополем высилась фигура Ареса, который разбрасывал во все стороны горючие снаряды величиной с дом.

Оглядевшись, Кратос сообразил, что вернулся в тот же тихий квартал, из которого Афродита его забрала, — позади Акрополя, вдали от храма Афины, а значит, и от оракула.

Он опустил голову и пустился бежать. Он несся, как лев, преследующий косулю, быстрый, как сокол, неутомимый, как ветер. Вперед! Так много времени потеряно, и на что? На силу, в которой спартанец не нуждался, силу, которая не поможет ни отыскать оракула, ни сокрушить бога войны. Если бы Афродита действительно хотела быть полезной, она бы доставила его прямо к дверям храма Афины и посадила жрицу ему на колени.

Ох уж эти боги, до чего же он устал от их игр. Когда Арес будет повержен — больше никаких олимпийцев с их безумными поручениями.

И больше никаких кошмаров ни во сне, ни наяву. Никогда.

Глава девятая

По склонам Акрополя сползал дым — черная плотная туча, в которой задыхался весь Парфенон и спирало дух у Кратоса. Толстые доспехи, снятые с живых мертвецов, защищали его от убийственного жара и закрывали обожженную Аресом спину, но дышать не помогали. Спартанец вынужден был повернуть назад, чтобы поискать другой путь на вершину.

В ту часть города, где он находился теперь, не попал ни один огненный снаряд, зато здесь уже скопилось немало отрядов Ареса, состоящих из чудовищ всех мастей: минотавров с кентаврами в качестве кавалерии, циклопов вместо тяжелой пехоты, лучников-мертвецов, легионеров, гарпий, привидений… А это еще кто?

Существа были похожи на уродливых женщин, и не просто уродливых: вместо ног длинный змеиный хвост, голову венчает шевелюра из живых змей, а из глаз бьют яркие зеленые лучи.