— Закери! — из груди Морган вырвался крик ярости.

Он обернулся, и глаза его блеснули, как стальное лезвие бритвы. Гарри бросился вперед, поднял с пола нож и отбросил его в холл. Прежде чем им удалось схватить Закери, он успел подбежать к мраморной каминной полке и несколько раз сильно удариться о нее головой, так что лицо его мгновенно залила кровь.

— Ах ты… сукина дочь… мерзкая шлюха! — дрожа и стуча зубами еле выговорил Закери. — Я не хочу… умирать. Вам… меня не достать!

Гарри и Перкинс заломили ему руки за спину и поволокли к двери. Вдруг ноги у Закери подогнулись, и он рухнул на пол. Извиваясь, как змея в предсмертных судорогах, он продолжал изрыгать проклятия, перемежающиеся жалобными стонами, мольбами о пощаде и рыданиями.

Уже в третий раз за последние две недели Морган имела несчастье наблюдать, как под воздействием наркотиков в личности ее брата совершались чудовищные метаморфозы, которые мгновенно превращали мягкого, спокойного юношу в буйного зверя, полностью утратившего разум и человеческий облик. Это зрелище неизменно повергало ее в ужас.

— Отведите его в комнату, — дрожа сказала она. — Закройте его на ключ, Перкинс, только прежде вынесите оттуда все ценности.

— Прикажете вызвать доктора, ваша светлость? — предложил дворецкий.

— В этом нет необходимости. По-моему, он стал затихать. Гарри, у нас есть какое-нибудь сильное снотворное, чтобы обезопасить его до утра?

— Это очень опасно, дорогая, — ответил Гарри, помогая Закери подняться с пола. — Мы ведь не знаем, что он уже принял.

— Ты… грязная… лживая… сука, — сказал Закери вяло и абсолютно беззлобно. — Я… тебя… ненавижу!

Морган вспыхнула, развернулась и вышла из гостиной, громко захлопнув за собой дверь. С нее довольно! Дольше это продолжаться не может. Ноги его больше не будет в ее доме!

Во-первых, Закери представляет реальную опасность для ребенка, во-вторых, он подрывает ее авторитет среди слуг. Ей вовсе не нужно, чтобы слухи о его поведении выползли за пределы дома. Хорошая у нее будет репутация в обществе, если станет известно, что ее брат — наркоман!

Надо надеяться, что к утру он снова придет в чувство. Тогда она отвезет его в аэропорт, купит ему билет и отправит в Штаты. Таким образом она избавится от головной боли и обретет долгожданное спокойствие, которого не знала с момента возвращения после «родов». А если в нью-йоркском аэропорту Закери арестуют за провоз наркотиков… что ж, может, это и к лучшему. Если его посадят под замок надолго, он не сумеет причинить вреда ни себе, ни окружающим.

Эта мысль оформилась в сознании Морган в твердую решимость, тем более что она вспомнила о том, как в момент откровения Закери признался ей в ограблении на пару с Митч квартиры родителей. Безусловно, если его посадят в тюрьму, от этого все только выиграют.

Аксел нежил ее соски кончиком языка до тех пор, пока они не напряглись и не стали твердыми, как камень. Тогда он двинулся ниже, покрывая поцелуями живот и бедра, и наконец достиг той части ее тела, в которой находился горячий источник страсти. Тиффани застонала, выгнулась, и ее ногти оставили у него на плечах глубокие царапины. Аксел продолжал любовную игру, дразнил ее, заставляя сходить с ума от близости желанной развязки, и оттягивая этот момент, сколько возможно.