Джереми устремился к лошади, готовясь к самому страшному. Больше всего на свете он в этот момент боялся увидеть распростертое на земле бездыханное тело девушки в амазонке из коричневого бархата…

К счастью, его худшие опасения не оправдались. Пройдя несколько шагов, Джереми увидел Люси, живую и невредимую. Она спокойно стояла у дерева в расслабленной позе, с задумчивым выражением лица.

— О, Джемми, — промолвила Люси, — как это тебе удается?

Джереми с недоумением уставился на нее. О чем это она?

— Как тебе удается жить столь беззаботно? — продолжала Люси, прислонившись к стволу груши.

Ах вот она о чем! Джереми бросил на Люси негодующий взгляд. В этот момент он, казалось, готов был придушить ее. С каким наслаждением Джереми сжал бы сейчас в руках это нежное белое горло, прижался бы к этому мягкому женственному телу…

Джереми отвел от нее взгляд, стараясь успокоиться. Это он-то живет беззаботно?! Да как она смеет! Джереми только что едва не умер от беспокойства за нее!

— Никогда не думала, что буду завидовать тебе, — промолвила Люси. — Ты такой сдержанный, серьезный, холодный.

Джереми сжал кулаки.

— Я бы тоже хотела быть такой. Все эти чувства будоражат мне кровь, сжигают изнутри. Я устала от них, устала от пылающего внутри огня. Я хочу загасить его и остыть. Никогда не думала, что буду завидовать тебе… Но сегодня я вынуждена признать, что испытала зависть…

Ее голос дрогнул. Глаза Люси затуманились, в них застыло выражение боли. Джереми казалось, что Люси вот-вот разрыдается.

— Не плачь, — смягчился он.

Люси закусила губу и заморгала, стараясь сдержать слезы.

— И не думаю, — сказала она.

Однако ее подбородок предательски дрожал.

Джереми почувствовал, что его охватывает паника. Он много раз видел, как плачет женщина из-за мужчины, которого никто не может ей заменить. «Не смотри на нее! — приказывал Джереми себе. — А еще лучше — немедленно уходи!» Однако он не двигался с места и не отводил глаз в сторону.

Джереми чувствовал полную беспомощность. Он должен был заставить Люси успокоиться!

— Прекрати этот спектакль, Люси, — посерьезнел Джереми. — Ты ведешь себя глупо.

Люси вздрогнула и сердито вскинула голову. У Джереми отлегло от сердца. Лучше иметь дело с разгневанной Люси, чем с плачущей.

— Я сказала, что ты холодный. Нет, я ошиблась, ты жестокий! — Расправив плечи, она стала надвигаться на него. — И ты боишься! Да, я вижу, что ты боишься! Пусть я глупая, пусть я дура, но я никогда не буду такой, как ты! Никогда!

— Ты считаешь меня трусом? Да это ты прячешься в кусты от правды!

— Прячусь?! — Люси задохнулась от негодования. — Я никогда ни от кого не пряталась!

Джереми фыркнул.

— А куда же ты запропастилась после того, как по твоей вине коровы зашли на овсяное поле? Разве ты не избегала Генри, когда потеряла его печатку?

— Это разные вещи! Тогда я была совсем еще девчонкой. Но теперь я выросла. Я больше не ребенок!

— Тем не менее ты все еще пытаешься спрятаться, Люси. Ты прячешься за шелками, драгоценностями, дамскими седлами и дерзкими поступками. И все это потому, что ты боишься. Ты боишься оставить нелепые игры и просто признаться Тоби в своих чувствах.

— Я собиралась это сделать в ту ночь, когда пришла в твою спальню. Но ты не пустил меня к нему!

— Ты вовсе не собиралась признаваться ему в своих чувствах, — возразил Джереми.