— Накройте для них стол и оставьте их наедине. Аполлон этим вечером желает, чтобы никто ему не мешал.

Преисполненная довольства, Артемида покинула храм брата и не спеша направилась к Большому пиршественному залу. Там не должно быть никого; об этом Артемида позаботилась. Афродита и Эрос недавно вернулись после двухдневной вылазки в королевство Лас-Вегас и теперь отдыхали в своих храмах. А нимфам, болтавшимся в Лас-Вегасе, Артемида сама напомнила, что пора возвращаться, и довольно резко приказала всем немедленно отправиться в леса и горные долины, где им и было место. Глупые существа… Остальные из двенадцати главных бессмертных вообще предпочитали в зал не соваться. Артемида слышала, что Гера и Зевс снова крупно поссорились. И никому, хоть смертным, хоть богам, не захотелось бы очутиться у них под рукой в такой момент. Так что Артемида ждала брата в пустом зале и надеялась, что еще до рассвета она почувствует, как цепь, связывавшая ее со смертной, разорвется. Она ведь действительно сделала все, что могла. Остальное зависело от Аполлона.

— Ну, это абсолютно захватывает! — Памела благоговейно рассматривала окружающую обстановку. — Поверить не могу, что обычная небольшая дверь может скрывать за собой такое!

— Тебе нравится?

— Нравится? Ты шутишь, да? Это просто невообразимо прекрасное место! — Памела откинула голову, пытаясь увидеть сводчатый потолок, на котором только теперь заметила потрясающие фрески, но опять накатило головокружение, и она пошатнулась.

Сильная рука Фебуса вовремя подхватила девушку.

— Может быть, тебе лучше сесть? — предложил он, подводя Памелу к креслу, обитому изысканной тканью; два таких кресла стояли напротив друг друга по сторонам мраморного стола.

Памела опустилась в кресло и потерла лоб.

— Должно быть, я сегодня слишком много времени провела на солнце. Голова кружится.

В комнату в это же мгновение вошли две юные девушки — как будто слова Памелы прозвучали как реплика на выход. Они были одеты в короткие просвечивающие туники из белого шелка, украшенные серебряной вышивкой, изображавшей силуэты разных лесных существ. Одна девушка несла поднос, на котором стояли золотой кувшин и два золотых кубка. Девушки застенчиво улыбнулись Фебусу и Памеле.

— Вина? — спросили они в один голос.

— Разумеется, — кивнул Аполлон.

Девушки, двигаясь с такой грацией, что смотреть нa них было чистым удовольствием, наполнили кубки.

— Ваше пиршество готово, — мелодично произнесла одна из девушек.

— Должны ли мы будем прислуживать вам? — спросила другая.

— Да, — кивнул Аполлон.

Обе низко присели и поспешили вернуться туда, откуда пришли.

— Но мы же еще ничего не заказывали, — сказала Памела.

У нее ужасно болела голова, она чувствовала себя слегка растерянной.

— Я заранее сообщил, что нам подать. — На мгновение Аполлон задумался. — Пожалуй, это можно назвать предварительным заказом.

Поскольку Памела недоуменно нахмурилась, он поспешно добавил:

— Надеюсь, ты не против. Я хотел удивить тебя греческими деликатесами.

— Удивить греческими деликатесами? Звучит интригующе. Почти так же интригующе, как выглядит сам этот ресторан. — Памела провела ладонью по креслу. — Шелковый бархат… мой любимый декоративный материал.

Прикосновение к бархату как будто оказало успокоительное действие, и тяжесть в голове Памелы начала таять. Ее пальцы задержались на прекрасной ткани.

— Шелковый бархат всегда напоминает мне о воде; он такой скользкий и мягкий… Я просто обожаю его.