Едва ворочая одеревеневшим языком, она произносила роль. Какая пустота внутри! Мертвенный холод и невыносимое одиночество.

– Владетельные лорды собирают армии, мой повелитель, – начал Роган, опускаясь на колено перед Саттоном. – Невилли, Бичампы, Клиффорды – все готовы восстать против короля.

Короткий плащ был небрежно наброшен на плечо. Длинные светлые волосы разметались по высокому вороту камзола. Валентине показалось, что мужчины красивее его она не встречала. Кроме того, он любит ее и хочет на ней жениться.

– В таком случае мы должны успокоить их, мой добрый Суффолк, – произнес Саттон с кротостью святого. – Наш долг любить подданных и прощать им опрометчивые поступки.

В этом месте от Валентины и Рогана требовалось обменяться взглядами полными отчаяния и раздражения: наконец-то отсутствие воинственного духа в Генрихе стало печально и окончательно очевидным. Девушка посмотрела в глаза Рогана, и вихрь горького безрассудства подхватил ее.

– Да, – сказала она, как только Гаррис потребовал пройти сцену с самого начала, – я выйду за тебя, Роган.

Несколько мгновений тот, не веря своим ушам, глазел на нее и наконец, сообразив в чем дело, издал оглушительный торжествующий вопль и, подхватив Валентину, весело закружил.

– Какого дьявола? – взвился Гаррис. – К твоему сведению, я пытаюсь чего-то добиться, Тенант, а ты ведешь себя как мальчишка и только все портишь!

– И буду по-прежнему портить! – объявил Роган, подходя ко второму режиссеру и обнимая Валентину за талию. – Я не собираюсь пережевывать эту проклятую сцену снова и снова. Сейчас я немедленно пошлю за шампанским, и мы отпразднуем мое предстоящее бракосочетание.

– Твое что? – устало осведомился Гаррис, вытирая лоб и шею шелковым платком.

– Бракосочетание. Именно так принято говорить в приличном обществе, – расплылся в улыбке Роган. – Меня поймали, стреножили, повязали. Же-ню-сь. Понятно?

– Ты это серьезно? – уставился на него Гаррис.

– В жизни не был серьезнее. Позвольте представить вам мою будущую супругу.

Он церемонно, все еще не выходя из образа графа Суффолка, склонился в низком поклоне перед Валентиной. На площадке раздались дружные ахи и охи. Гаррис почувствовал, что бледнеет. Вряд ли Гамбетте придется по душе, если его самая яркая звезда превратится в милую хозяюшку Рогана Тенанта.

– Ну, Гаррис, я жду поздравлений.

В голосе Рогана зазвенела сталь. Он знал, что не нравится Гаррису, но тот по крайней мере мог бы проявить элементарную вежливость!

– А мистер Ракоши знает о твоих планах?

Валентина чуть заметно вздрогнула, и Роган наконец потерял терпение.

– Нет, не знает! – вспыхнул он. – И это не его чертово дело! Иисусе, ты так перед ним пресмыкаешься, что можно подумать, этот человек – сам Господь Всемогущий! Удивительно, и как еще ты в туалет ходишь без его разрешения!

На шее Гарриса вздулись жилы, он невольно сжал кулаки.

– С меня довольно, Тенант! Не забывайся! Мистер Ракоши дал тебе единственный шанс, который только может выпасть на долю актера, а ты при каждом удобном случае тявкаешь на него исподтишка!

Роган отпустил Валентину и угрожающе шагнул к Гаррису.