– Сейчас поговорю с водителем Тенанта. Пусть Роган хоть умирает, все равно должен немедленно быть на студии.

Дон Саймоне, слышавший разговор, нерешительно пробормотал:

– Вряд ли он болен, мистер Ракоши. Вчера на площадке произошло небольшое недоразумение. Тенант обозлился и ударил Гарриса.

Видал смачно выругался по-венгерски. Это должно было случиться. Съемочная бригада и актерский состав проводили вместе целые дни, и площадка превращалась в настоящий рассадник раздоров. Люди, которые в обычных обстоятельствах даже не поздоровались бы друг с другом, были вынуждены работать бок о бок, в тесном контакте. В результате постоянно возникали ссоры и скандалы. Этим, вероятно, объяснялось отсутствие Валентины.

– Она, похоже, сильно расстроилась? – резко спросил Видал.

Гаррис непонимающе заморгал, и Видал ощутил почти непреодолимое желание последовать примеру Рогана.

– Валентина, – процедил он сквозь стиснутые зубы. – Она казалась расстроенной из-за сцены между вами и Тенантом?

– Немного разнервничалась, – кивнул Дон.

– Должно быть, не так уж немного, если предпочла остаться дома, чем видеть ваши физиономии сегодня утром, – разъяренно прошипел Видал, поворачиваясь к выходу. – Я сейчас позвоню в «Беверли-Хиллз». Передайте Тенанту, что если он не поднимет задницу и не окажется на площадке через полчаса, я снимаю его с роли.

Дон и Гаррис переглянулись, прекрасно сознавая, что где бы ни находились сейчас Тенант я Валентина, они были вместе.

– Возьмите запасной ключ! – прогремел Видал в трубку. – Если она не отвечает, значит, заболела.

Он мгновенно осунулся, на лице выступили скулы. Непонятно, почему разногласия между Гаррисом и Тенантом подействовали на Валентину так сильно, что она позволила себе сорвать съемки! Возможно, просто не смогла уснуть и выпила снотворное. Она не привыкла к таблеткам. А что, если девушка нечаянно приняла слишком большую дозу?

Видал сжимал трубку так, что побелели костяшки пальцев, а на лбу выступили крупные капли пота.

– Дама из восьмого бунгало настоятельно просила не беспокоить ее, сэр, – почтительно откликнулся портье на другом конце.

– Это Ракоши! – взорвался Видал. – Немедленно идите в номер и узнайте, что там творится, ясно?

Повисла неловкая пауза, и портье извиняющимся голосом пролепетал:

– По-моему, у дамы… э-э-э, гости, сэр.

Видал застыл, прекрасно поняв, что означает вежливый эвфемизм. На какое-то мгновение показалось, что он вот-вот потеряет сознание. Очень медленно он положил трубку на рычаг.

Дон смущенно откашлялся. Портье говорил достаточно громко, чтобы услышали окружающие.

– Наверное, они праздновали вчерашнее событие и проспали. Я немедленно пошлю туда кого-нибудь.

– Кого, спрашивается, ты подразумеваешь под словом «они», и что именно эти «они» празднуют? – поинтересовался Видал, оборачиваясь с таким потемневшим от злобы лицом, что Дон машинально отступил.

– Роган Тенант и Валентина. Именно из-за них вчера все и началось. Роган пытался устроить импровизированную вечеринку в честь их помолвки.

– Господи Иисусе, – мягко выговорил Видал, смертельно побледнев.

Дон и Гаррис смущенно отвели глаза. Они ошибались в своих предположениях. Между Ракоши и Валентиной действительно было что-то, только окружающие оказались слепы и ничего не поняли.

Никто не произнес ни слова. Мгновение, казалось, тянулось бесконечно. Наконец Видал вынудил себя шевельнуться. Неукротимый дикий зверь, обычно едва скрытый тонким налетом цивилизованности, сейчас вырвался наружу.