— Всё, Матвеич! — мы пару секунд боролись, а затем кузнец ослабел и выпустил оружие. Я отшвырнул бронедверь и обнял друга. — Ты победил! Молодец! Завалил фаворита, между прочим. Теперь давай, пошли, надо перевязать тебя и…

— Я буду драться дальше, — Матвей упрямо освободился из моих объятий. — Я всё решил, Тор. Я буду драться.

— Уверен? — я несколько секунд вглядывался ему в глаза, а затем хлопнул по плечу. — Как скажешь. Мы готовы продолжать!

Выглядел Матвей жутко. Весь покрытый кровью, продолжающей сочиться из ран и порезов, ведь оказание любой помощи на арене не допускалось, в разодранной броне, без шлема и со злым оскалом, он твёрдо стоял на ногах… опираясь на свой щит. Со стороны кузнец казался непоколебимым, как скала, но я-то знал, насколько ему тяжело. И не менял только по одной единственной причине — нам необходимо было знать следующего противника. К счастью, тот не заставил себя ждать.

В отличие от Се Сяофена, выглядящего как герой из старинных легенд, новый боец явно был злодеем. И одежда, вроде богато украшенная, но какая-то мрачная и отталкивающая, и растрёпанные седые патлы. Но больше всего отвращения вызывало его лицо с перекошенным синим ртом и руки. Длинные, худые, словно у скелета, пальцы заканчивались огромными острыми с виду чёрными ногтями. Хотя так и подмывало их назвать когтями. Китаец выбрался на арену медленной, шаркающей походкой, вдруг зашёлся диким каркающим смехом и что-то забормотал себе под нос, словно сумасшедший.

— Чего это он? — я подозрительно уставился на него, потому что если первый боец ещё говорил на английском, то этот шпарил по-китайски. — Больной, что ли?

— Несёт что-то про кровь, — перевела Мико и удивлённо подняла брови в ответ на наши вытянувшиеся морды. — Что?! Да, я немного говорю по-китайски. Учила, когда жила в Японии.

— Нет, ничего, — я пожал плечами. — как думаешь, какой у него дар?

— Некромант, — ни секунды не сомневалась печатница. — В целом можно заканчивать, Матвею против него не выстоять даже если бы он был не ранен и полон сил.

— И это будет хорошо смотреться, — я кивнул и выбросил белое полотенце на арену. — Мы сдаёмся! Наш следующий боец…

Но Мико уже бежала к Матвею. Пришлось не отставать. Кузнец нам благодарно кивнул, но покинул поле боя сам, непобеждённый. И лишь за кулисами тяжело осел мне на руки. Тут же подскочили медики, подхватив обессилевшего кузнеца и укладывая его на носилки, и умчались с ним в сторону медпункта. А я вернулся к арене, наблюдать за новым поединком. А там было на что посмотреть.

Бойцы не стали ждать и сразу взялись за дело. Точнее, первый ход сделал китаец. Дико завыв, он вскинул руки и принялся что-то орать в небо. И, как ни странно, оно ответило. Солнце заволокли тучи, на город пал сумрак, но главное происходило на арене. Земля затряслась, лопнула, и из неё выскочили два гроба. Самых настоящих, с виду древних, как говно мамонта, а точнее, китайского мамонта, потому что узоры на домовинах явно указывали на их национальную принадлежность. Только вместо того, чтобы спокойно лежать в земле или там родовых усыпальницах, эти гробы на колёсиках встали на попа, крышки у них отвалились, и оттуда шагнули мертвецы.

Жёлтая кожа, напоминающая старый пергамент, древняя одежда времён Мин или Цинь, или Динь Динь, мало ли там династий было, я в них не разбираюсь. Зато легко идентифицировал чёрные глаза, не имеющие белка и радужки, и громадные когти на вытянутых вперёд руках. Или скорее на лапах, потому что перед нами были классические представители китайской нежити, цзянши, известные так же как «подпрыгивающие» вампиры.

Весьма опасные противники, имеющие невероятно плотное тело, из-за чего пробить его было почти нереально, а сами они передвигались прыжками, потому что не могли согнуть конечности.