Я рассказал о том, что подумываю навестить главный храм чистых, и о том, что было бы неплохо, если во время моего визита там будет как можно больше иерархов чистых.

— Ты уже делился этой идеей с кем-нибудь? — уточнил Конрут.

— Угу. С доминусом Флавием, — ответил я. — Он её забраковал.

— Правильно сделал, — кивнул убийца. — Ты бы для начала сходил к храму, посмотрел, что там происходит. У нас однажды группа из Кронурбса забрела в те края. Охотники, хорошая группа, с несколькими сильными иными в составе. Вернулись далеко не все, и это при том, что они до позиций чистых даже не добрались. Нет, я всё понимаю. Мы сейчас понимаем, что Великая Клоака не так страшна, как рисовалось раньше, но только не вокруг храма чистому. Там в самом деле паршиво. Так что подумай десять раз прежде, чем воплощать этот план. На твоём месте я бы нашёл более простой способ покончить с чистыми. Тем более, если эти камешки в самом деле такие волшебные, мы и так можем справиться. Со временем. Что касается их собраний, тут можно и без разведки обходиться. Они уже месяц в этом храме живут. Не всё время, но по большей части. Так что взрывать можно в любой момент, обязательно хотя бы пятерых прихлопнешь, это пожалуйста.

Последнюю фразу Конрут произнёс так, что любому было бы ясно — он ни на грош не верит в то, что к храму можно подобраться, и не важно, по поверхности или под ней. На этом наше общение и закончилось. Мы вернулись обратно в подземелье.

— Ты тоже думаешь, что моя идея — бред? — поинтересовался я у Керы. Богиня сегодня весь день слонялась вслед за мной, что немного удивительно — я почему-то ждал, что она куда-нибудь убежит по своим делам, как это обычно было, когда мы жили в Риме.

— Откуда мне знать? — пожала плечами девушка. — У тебя порой получаются невозможные вещи. Лично мне кажется, что это слишком. Когда мы с тобой в прошлый раз были в Великой Клоаке, я почувствовала силу чистого. Значит, под храмом его присутствие очень велико. Мы пройдём через тварей, но справимся ли дальше — не знаю. Ты стал сильнее, и я тоже. Но нас двоих ведь недостаточно? Эта чудесная взрывчатка, от которой смертные так смешно разлетаются на куски — её ведь нужно много. Намного больше, чем мы сможем унести на себе. Значит, придётся вести целый караван. Я не знаю, патрон. Но мне любопытно посмотреть, возможно ли это сделать.

— Значит, завтра сходим посмотреть. Если ничего не изменится, — неохотно кивнул я. Неохотно, потому что хотелось отправиться сегодня же, пускай время уже подходило к закату. Впрочем, какая разница, под землёй-то?

* * *

Патрон в последнее время немного пугал её своим состоянием. После того, как они убили Молоха, с ним что-то случилось. Он как будто заразился его одержимостью. Диего и раньше нельзя было назвать совсем здоровым разумным. Как будто он чем-то прогневил Манию или подружился с Лиссой. Впрочем, это было объяснимо и понятно — с героями древности частенько происходило подобное. Смертные редко могут сохранить здравый рассудок на протяжении всей жизни. Рано или поздно, на время или навсегда, они перестают полностью контролировать свои действия. Мания, одним словом — что тут ещё скажешь? Однако Диего раньше ухитрялся бороться с этим состоянием. Но не после смерти древнего бога. Может, в самом деле заразился безумием? Кера понятия не имела, как ему помочь, но ей не нравилось то, что с ним происходит. Нет, внешне всё было вполне пристойно. Он вёл себя, вроде бы, как всегда. Но она чувствовала, что в его мыслях осталось слишком мало постороннего. Только желание, наконец, отомстить. Убить как можно больше чистых. Уничтожить то, что он так ненавидит, и совсем не важно, какие будут последствия.