«Нет!», — попыталась прокричать я, когда Алиса упала на ковёр, но я по-прежнему не могла пошевелить ртом. Пока дядя Джон вел меня по коридору, я всё смотрела, как она лежит там на ковре. Мы остановились у двери, что располагалась напротив той комнаты, в которую зашел Хитэн с дядей Клайвом. Я протянула руку и провела пальцами по деревянной двери Хитэна. Я попыталась произнести его имя. Но не издала ни звука. Не успела я постучать, чтобы мой Кролик вышел ко мне и сказал моему папе и дядям о том, что я слишком больна для их сюрприза ко Дню моего рождения, как дядя Джон увел меня в комнату.

Он повёл меня к кровати, и я облегченно вздохнула. Он понял, что я больна. Он даст мне поспать. Он обо мне позаботится.

Он подвёл меня к краю кровати. Присев на нее, я закрыла глаза, чтобы как-то остановить вращение комнаты, и почувствовала, как руки дяди Джона пробежали по моим новым полосатым гольфам и устремились к бедрам. Он задрал мне платье, и я распахнула глаза. Когда он ухватился за мои новые кружевные трусики, которые подарила мне миссис Дженкинс, я вскочила и попыталась от него отодвинуться. Дядя Джон мне улыбнулся, а затем наклонился и, поцеловав меня в губы, стянул с меня трусики. Сняв их у меня с ног, он сунул их в карман своих брюк.

— Ложись, малышка, — он погладил меня рукой по волосам. У меня сильно колотилось сердце. Я покачала головой, но он, надавив мне на плечо, прижал меня к матрасу. Он полез на меня, и когда я посмотрела вниз, то увидела, что он держит что-то в руке. Я не могла понять что, но он водил по этому ладонью, туда-сюда. У него раскраснелись щеки, дыхание стало сбивчивым, таким, словно он запыхался, и он снова наклонился и поцеловал меня.

— С Днем рождения, малышка, — прошептал он мне на ухо, и я почувствовала, как дёрнулась его рука. Дёрнулась туда, куда я совсем не хотела его пускать.

«Нет!», — хотела закричать я, но только смотрела, как раскачивается у меня над головой светильник и не могла пошевелиться. Я поморгала, потом снова поморгала. Было очень больно. Так больно, что у меня из глаз полились слезы.

И Алисы, моей куклы, здесь не было. Её не оказалось рядом, чтобы меня защитить, как говорила мама.

— Хитэн, — попробовала прошептать я, но мой рот не двигался.

— Хитэн, — снова попыталась я, но думаю, это прозвучало только у меня в голове. — Мне не… Мне не нравится такой подарок на день рожденья, Кролик… это больно… помоги мне… уведи меня по кроличьей норе в Страну Чудес.

Но Хитэн так и не пришел.

Мы так и не попали в Страну Чудес.

И так и не смогли отыскать кроличью нору.

Поэтому я просто закрыла глаза…***Когда я шла за своим дядей в папин кабинет, мне было очень холодно. По телу бегали мурашки, и дрожали губы. Они дрожали так сильно, что я ничего не могла сделать, чтобы это прекратить.

Мне было тяжело идти. Между ног так жутко болело, что у меня все ещё текли слезы. Но дядя Джон не обратил на это никакого внимания, а только погладил меня по голове и сказал, что я хорошая девочка. Он сказал мне, что теперь мы стали ближе. Все мы. Что все мои дяди хотят сблизиться со мной так же, как мы с ним... потому что они очень сильно меня любят. Что это подарок на мой День рожденья.

Я подумала, что мне совсем не хочется так сильно с ними сближаться. Но не осмелилась это сказать.

Дядя Джон протиснулся в дверь кабинета и снова повел меня к кругу кресел. На столе у папы я увидела свою куклу Алису. Мне захотелось её обнять. Мне хотелось, чтобы от этого мне стало легче, чтобы она меня защитила. Может, если бы она оказалась у меня в руках, боль у меня между ног уже не была бы такой сильной.

Но потом я услышала, как откуда-то из-за кресел раздался шепот:

—Нет.