Под развалинами хозяйственной постройки мы обнаружили новый труп. И этот человек, тоже умер не своей смертью, но самое главное было то, в чем он был одет. Немецкий камуфляж, времен второй мировой войны, из-под которого была видна серая, полевая немецкая форма, на теле виднелись ремни и подсумки к магазинам от МР 38, две гранаты «колотушки» и автомат лежали рядом с телом. Чуть в стороне, смятый шлем Fallschirmjägerhelm M38, в темно желтом окрасе. В черепе трупа зияла рана, нанесенная явно топором.

— Я чего-то боюсь дальше смотреть — заявил Андрей, задумчиво осматривая тело — откуда здесь немцы взялись?

— Всё страньше и страньше — процитировал я Алису из своей любимой сказки — вот хрен его знает дружище. Пока только одни вопросы.

Мы осмотрели остров вдоль и поперек и нашли ещё восемь тел. Трое были в черных ватниках и пятеро в таких же, как и на первом немце, камуфляжных комбинезонах. Они лежали в разных местах острова, иногда по одному иногда небольшими группами. Тут явно шёл тяжелый бой, между местными обитателями и немецкими солдатами. Самая живописная картина нам открылась в середине острова. Среди ветвей кустарника, переплелись кости двух человек. Один в черном ватнике, другой в немецкой форме. У обоих торчат ножи, в обрывках одежды. В черном ватнике — эсесовский кинжал, в камуфляже — самодельная финка. Они зарезали друг друга в жаркой рукопашной схватке.

На самом правом краю острова, до которого мы вчера не добрались, лежали обломки немецкого самолёта. Разломанный на двое фюзеляж, хвост лежит в болоте и на половину в него погрузился. На сломанных крыльях — немецкие кресты.

— Ежкин кот. Десять тел, на острове! Самолёт немецкий! Мы блядь куда попали?! Ты куда меня завез, зараза! Сходил в отпуск, твою мать — возмущался Андрей, несправедливо выдвигая мне претензии.

— Это Андрюха не самолёт, это десантный планер. Видишь? Ни одного двигателя нет.

— Да хоть космическая ракета! Как? Вот ты мне скажи? Как это всё сюда попало? Где был фронт и где Каменногорск?! Откуда они здесь взялись?

— Да задолбал ты уже! Я откуда знаю. Разбились они здесь, а куда летели, хрен их знает. Пойдем обломки посмотрим.

Осмотр обломков планера принес в нашу невесёлую копилку еще три тела. Эти явно разбились. Пилот и немец с офицерскими галунами на плечах нашлись в кабине планера, еще один лежал под крылом. Видны следы оказания первой медицинской помощи, истлевшие бинты на костях черепа и остатки самодельной шины, на бедре правой ноги. Видимо пострадавшего извлекли из-под обломков и перевязали.

— Может не пойдем дальше смотреть? — с тоской спросил Андрей — они же как грибы осенью после дождя, не заканчиваются.

— Да мы уже почти всё осмотрели. Если хочешь, посиди здесь я в десантный отсек сам загляну.

— Вместе пошли.

В десантном отсеке, хаотично были разбросаны ящики с боеприпасами, какие-то вьюки, разбитая рация и оружие. Пулемёт MG, несколько «шмайстеров» и винтовка с оптическим прицелом, несколько советских трехлинеек вот и весь арсенал. В тюках когда-то были продукты и походное снаряжение, гражданская одежда и красноармейская форма, но так как хвост планера лежал в болоте, всё испорчено и истлело, ткань расходилась у меня в руках от малейшего прикосновения.

Нам никогда не узнать, как этот планер появился на острове — тридцать пять лет прошло, но ясно одно, с этого острова, ни один десантник уже не вернулся. Четверо бывших, беглых заключенных, ценой своей жизни, уничтожили диверсионную группу вермахта.

Мы сели с Андреем на берегу болота, возле обломков и закурили.

— Ну вот теперь всё ясно, мужики настоящий герои. Это же надо, одиннадцать фашистов раскатали, и это всего с двумя винтовками — я отрешённо смотрел на болото.