Я отступил назад и задрал голову повыше. Дрожащий луч выхватил из темноты тонкий силуэт. Я увидел голубое платье, жакет из благородного кроличьего меха, светлые волосы.

Держу пари, бедный Антуан стал круглым сиротой. Обоих предков отправили на тот свет, и довольно причудливым образом.

Малыш помалкивал. Похоже, он чувствовал себя уютно на груди у Берты. Впрочем, на таких пышных подушках можно позволить себе расслабиться.

— Она мертвая, — прошептала толстуха.

Я бросил фонарик бродяжке.

— Посветите мне, мамаша, хочу заняться расследованием.

Поставил ногу на каменный выступ опоры и без труда добрался до черного углубления, где пряталась мадам Келушик. Ногами она уперлась в каменную скрепу, торчавшую из арочного свода. Девушка потеряла туфли, стараясь удержаться. Одна их них валялась прямо подо мной. Эта «лодочка» и помогла мне восстановить ход драматических событий.

Бедняжку преследовали двое подонков, пьянчужка спасла ее, предоставив временное убежище. Парни продолжили бег по инерции. Но берег обрывается в реку, мы на острове, господа! Они обследовали все уголки и повернули обратно. Мадам Келушик увидела, что они возвращаются, и спряталась между каменной опорой и аркой. Ее ошибка состояла в том, что она решила забраться как можно выше, и ей было трудно удержаться на скользком камне. Туфля упала, выдав ее присутствие. Один преследователь, недолго думая, встал на плечи другого и расстрелял несчастную почти в упор (а может быть, счастливую, если учесть распространенную гипотезу о том, что Господь немедленно принял мадам Келушик в рай без вступительных экзаменов!).

— Свет! — потребовал я.

Беззубая карга бросила мне фонарик. Кровавое месиво, говорите? Молодую мать изрешетили, распотрошили! По меньшей мере восемь дырок на пятачке в несколько квадратных сантиметров! Затылка больше не существовало. Шея искромсана, левая подмышка превратилась в кровавую впадину. Для очистки совести я пощупал пульс у матери Антуана.

Излишнее беспокойство. Мотор отключился. Изрядно взбешенный, я соскочил с каменного насеста прямо под ноги Берты.

— Они ее достали? — спросила она.

— Именно. Эти ребята экипированы лучше, чем отряд особого назначения.

— Безобразие! — вдруг объявила бродяга. — Где прикажете складывать старые кости, когда даже под мостами черт те что творится! Хорошо хоть эти подонки ничего у меня не стянули.

И она принялась перебирать свое барахло.

— Послушайте-ка, мамаша, — вкрадчиво начал я, присев на корточки рядом с ее конурой. — Мне необходимо подробное описание тех двух скакунов…

— Я все сказала, болван, — вспылила пьяница. — Оставь меня в покое!

— Вы сказали лишь, что видели двоих мужчин в плащах. Если б я знал хотя бы немного больше, этих молодчиков давно бы на свете не было. Ну же, опишите их, а то я побросаю всю эту дрянь в воду!

— Он так и сделает! — возопила ведьма, приглашая Берту в свидетели. — Держу пари, сделает, чертов легавый!

— Не он, так я! — отрезала толстуха. — Не пойму, почему комиссар медлит. Ему следует быть порасторопнее, мы теряем время. Подержите ребенка, Сан-Антонио, я приведу эту старую дуру в чувство!

— Не стоит утруждаться, она сейчас все расскажет. Вы ведь не жаждете связываться с полицией, дорогая мадам? Итак, их было двое…

Старуху перекосило. Видели бы вы ее рожу… Вылитая принцесса Маргарет на той фотографии, где она изображает улыбку, повернувшись к мужу. Впрочем, я немножко преувеличиваю: бродяжка в отличие от принцессы не походила на королеву Викторию.