С другой стороны, эти сорок лет можно посчитать годами учения, приобретения опыта. Трент и в этом соглашался с ним Кольцо являлось единственным ИРом, с которым он был знаком коротко. Тайны некоторых других ИРов ему удалось раскрыть, но никогда и нигде Трент не упоминал об этом. В настоящее время Кольцо владело популярным журналом, существовавшим в электронной форме и называвшимся «Взлет и падение Американской империи». Департамент по делам печати ООН несколько раз пытался закрыть это откровенно враждебное Объединению издание.
Трент и Кольцо всегда беседовали молча.
- Нынешняя ситуация, Колечко, очень беспокоит меня.
- С какой стати?
Как всегда, голос виртуального собеседника был лишен обертонов.
- Они приложили столько усилий, чтобы арестовать меня в Даун Плазе, а затем Девлин с неожиданной легкостью отпускает меня. Более того, он не поленился предупредить меня. Гарон - тот миротворец, который ждал в предбаннике у Девлина, - не мог не знать, кто я на самом деле. Это был такой удобный случай разделаться со мной, и на тебе! Он же сидит, сложив руки, и помалкивает, когда я ухожу с Максом. И это сержант-элитник, который любую дверь открывает ногой!
- Ты полагаешь, ему в самом деле известно, кто ты? Что какой-то Трент и есть Джонни Джонни? Что ты и есть тот самый Ральф Мудрый и Могучий, который семь лет назад попортил столько крови наблюдателям из элиты? Наконец, что ты вырос под крылышком Карла Кастанавераса?
- Два последних факта Гарону, безусловно, должны быть известны. Насчет Кастанавераса совершенно точно. Ученые мужи из миротворцев считали меня откровенно бракованным экземпляром, так что в этом смысле я не представляю для них интереса. Если бы они только узнали, кто породил Джонни, они бы меня ни за что не выпустили. Джонни Джонни - известная фигура. Наблюдатели из отдела контроля за сетью просто ненавидят его. Они должны, они просто обязаны получить в свои руки Игрока, создавшего Джонни Джонни. Но, понимаешь, это все логические, я бы сказал, притянутые за уши объяснения. Я чувствую, что за моим арестом и последующим освобождением кроется нечто куда более загадочное. Или стоит кто-то более загадочный.
- По какой причине ты находишь их поведение нелогичным, внушающим тревогу?
- Они потратили столько сил на подготовку, не поленились взорвать бомбу, подложенную в детскую коляску, - и вдруг полная остановка операции. Прибавь замысловатое предупреждение, пришедшее от человека, назвавшего себя Джерри Джексоном. Букер никогда не слыхал ни о каком Джексоне. У меня на руках ничего нет. Ничего, кроме каких-то странных намеков, слухов, умолчаний, догадок, черт их все побери! И эта странная тишина вокруг меня...
- Тебя беспокоит пониженный уровень шума?
- Очень беспокоит.
- Это разумно. Как я понимаю ситуацию, твой виртуальный Образ в изобилии создает помехи, для кого-то невыносимые. Фильтрация данных - уже сама по себе крупная помеха. Значит, ты должен поставить фильтр в нужном месте, процедить шум и обнаружишь Истину. Без шума нельзя получить точные сведения.
- Правильно, - согласился Трент. - Поэтому я и связался с тобой.
- Какую именно Истину ты хочешь отыскать? Что ты вообще понимаешь под термином «истина»?
- Ну, например, не убий! Это, конечно, не так много, но это твердо.
- Почему ты решил, что убивать плохо?
- Не знаю. Однажды я открыл для себя, что понять смысл множества окружающих человека вещей - непосильная задача. Все здесь неясно, все зависит от точки зрения. Потом пришло понимание, что сама прокрутка объяснений, раскрывающих суть той или иной вещи, чаще всего есть способ уйти от ответа, если не сознательная попытка сбить с толку. На вещи следует смотреть проще. Я просто знаю: убивать нельзя.
- Тогда, - ответило Кольцо с серьезностью, свойственной только древним ИРам, не имеющим предрасположенности к юмору, - с этого пункта и начнем. |