— Что? — с угрозой в голосе спросил Гнусавый. — Что ты сказал?

— Я не гарантирую вам безопасность. Я не хочу получать деньги за работу, которую не в состоянии исполнить.

— Но ты же обещал. Говорил, что ни одна мышь…

— Мышь. Но не слон. Про слонов я не говорил ничего. Наш противник имеет многократное огневое превосходство. Я его, конечно, не пропущу, я его увижу вовремя. Но это единственное, что я сделаю. Остановить его я не смогу. Он сомнет нашу оборону в считанные минуты.

— Почему?

— Потому что мы имеем дело с профессионалами. А в моем распоряжении сброд. Хотя и вооруженный автоматами. Они разбегутся при первой серьезной атаке. Сопротивляться бесполезно. Нужно торговаться. Пока нам предоставляют такую возможность. И выгадывать то, что можно выгадать. После еще нескольких подобных залпов мы будем лишены права голоса. Мы будем вынуждены принять любые условия.

— Сволочи! — сказал «папа» города. И взял в руки телефон. — Со всех сторон жмут. Не дают нормально жить. Честным бизнесменам…

«Папа» капитулировал. «Папа» столкнулся с такой силой, которая было сильнее его силы. И сильнее всех других подобных ему мелкопоместных «пап».

Глава 6

Резиденты болтались без дел. Рабочие места стремительно сокращались. Страна сжималась, как шагреневая кожа. Бывшие республики и области становились заграницей, в которой конторские не работали. Конторские работали только дома. Но на правах нелегалов. На правах шпионов, собирающих информацию на собственной территории.

Резиденты годами болтались без дела и не знали, то ли они уволены, то ли законсервированы до времени. То ли Контора еще есть, то ли уже нет. Конторские не имели трудовых книжек. И не имели постоянной связи с начальством. Конторские работали по востребованию. Особенно в последнее, раздираемое бюрократическими противоречиями время. При изменении местожительства, сменах фамилий или иных подвижках в официальных биографиях Резиденты сообщали об изменениях по контактному телефону после обязательного обмена условленными фразами.

— Будьте так любезны. Это квартира Добужанских?

— Нет. Остропольских. Добужанские съехали. Звоните им по телефону…

По указанному телефону можно было передать требуемую информацию.

Если контактный телефон молчал или на произнесенную условленную фразу разгневанный голос отвечал нецензурной бранью, Резиденты проверяли свои почтовые ящики — замаскированные под обычные наклеенные на столбах объявления о потерянных собаках, продаваемых шубах и детских колясках. Таким образом контакт восстанавливался.

Пока телефоны отвечали — Контора работала. Хотя вроде и не работала…

Новый президентский заказ ситуацию изменил.

Законсервированного до времени Резидента срочно вызвали в Москву. Сообщением в газете бесплатных объявлений.

Резидент прочитал предназначенную ему информацию о продаже садового участка в несуществующем садовом кооперативе и быстро собрался. Очень быстро. Потому что Резиденту даже подпоясываться не надо. Он все свое имущество способен уместить в одном-единственном кармане. А все прочее, необходимое для жизни и работы, должен уметь добыть в любом месте, куда его забросит судьба. Сам добыть. Пусть даже это будет пустыня Сахара.

В указанное время Резидент открыл своим универсальным, имеющим хождение по всей территории страны ключом незнакомую ему дверь в собственную квартиру.

И стал ждать. На этот раз недолго. Уже через четверть часа в дверь позвонил приходящий стекольщик.

— У тебя, что ли, стекла повышибали?

— У меня, — подтвердил хозяин квартиры.