— Спасибо тебе, хозяйка. — я с трудом встал и шутливо поклонился: — Сам не помню, когда ел так вкусно.

И самое главное, не одним словом не соврал.

Олеся покраснела, но видно было, что похвала ей приятно. Сейчас вас кофе напою. Вы какой пьете?

— Из ваших рук готов выпить любой, если вы будете, то угостите на ваш вкус.

Следующий час я пил кофе-глясе, расточая комплименты, мило краснеющей, девушке, после чего, поцеловав даме ручки откланялся. Все было душевно, не я, ни Олеся каких-либо сигналов о переходе к более тесным отношениям не подавали, все оставалось в рамках приличия. Да и, честно говоря, мне в голову засела одна, свербящая мозг идея, и я должен был ее немедленно воплотить.

Локация — окрестности улицы Путейцев.

Знакомый скрип тормозов сзади и решительный окрик:

— Молодой человек, на минуточку!

Я обернулся — метрах в десяти от меня тарахтел милицейский «вездеход», из которого глядел на меня, улыбаясь, милицейский прапорщик.

Судя по выражению лица милиционера, смотрел он не на подозреваемого или находящегося в розыске типа, а на вполне себе приятного человека, возможно даже приятеля.

Пока я раздумывал, из-за головы прапорщика выглянул еще один милиционер — водитель, с такими же погонами.

— Здорова, пропащая душа! Ты где пропадал? –улыбка водителя была два раза шире, чем у его коллеги, а глаза просто лучились радостью от встречи со мной.

Здраво рассудив, я решил, что могу подойти поближе и мне за это ничего не будет.

— Здорово, мужики. — я пожал по очереди протянутые руки: — Как жизнь?

— Жизнь только за ху… держись. — тут же скорчил грустное лицо жизнерадостный водитель: — Ты где гуляешь? Мы тебя, наверное, месяца два не видели…

— Так я травму получил, болею до сих пор…

— Что-то урок просто эпидемия косит. — вступил в разговор сосед водителя: — слышал, Олежку вашего, Князева, в подъезде подстрелили. Хорошо, что в ногу попали, и соседи на шум выскочили, киллер убежал. Так там теперь твой кореш, Руслан за старшего группы по «тяжким», только, сам понимаешь, что он пока не тянет. Вареник дома на себя чайник с кипятком опрокинул, полголовы обварил, сейчас в ожоговом центре кукует, мы уже ему на искусственную кожу деньгами скидывались, Князев в госпитале ногой, поэтому Руслану месяца два покрутится придется. А на твое место кого поставили?

— Мужики, не поверите, но глубоко по херу, кого на мое место поставили. Я в отпуске летом не помню, когда был, поэтому мне на службу вообще не интересно… — какая-то злость из меня наружу поперла.

— Ну так-то да… — водитель примирительно покивал: — Но нам еще ротный, когда ты у нас служил, говорил, что студенты, итак, два дополнительных отпуска имеют, поэтому летом им отпуск не светит до конца учебы. Ты, кстати, говорил, что диплом должен в этом году получить? Когда обмывать будешь?

— Да как голова пройдет, так не вопрос, обмоем. А то мне пока пить нельзя, а на трезвую голову смотреть на ваши пьяные и счастливые физиономии смотреть вдвойне неприятно.

— Ну это то понятно. — заржали мои собеседники: — Мы в начале августа в отпуск пойдем. Ты постарайся до августа вылечится…

В это время рация в недрах автопатруля неразборчиво захрипела, милиционеры переглянулись и сунули мне руки для прощания:

— Ладно, мы погнали, грабеж на Магистрали. Давай не исчезай, пока.

Обдав меня пылью, «УАЗ», скрепя подвеской, покатил в сторону улицы Основоположника, а я, мысленно утерев холодный пот, двинулся в сторону своего временного логова — ждать до наступления темноты я не мог, душа моя рвалась немедленно узнать, как меня зовут.