Через двадцать минут, когда я, прижавшись к размеренно дышащей, как мне показалось, уснувшей блондинке, решил сам немного подремать, меня жестко растолкали и, в ультимативной форме, потребовали озвучить план наших дальнейших действия.

— Самое главное — в ближайшее время, немедленно на тебе женится. — вывернулся я, посчитав, что после этого ответа меня оставят в покое, но не тут то было.

— Это ты мне что предложение делаешь? — подозрительно спросила Наташа, почему-то не начав прыгать и звонить лучшим подругам, как это показывают в кино.

— Нет конечно. — сдал я тут-же назад: — Предложение ведь не так делают. Я тебе просто свои планы озвучил.

— То-то же. — голос Наташи подобрел: — Только я чувствую, что с такой экологией я до твоего предложения не доживу.

— Наташа. — я открыл глаза и заговорил серьезно: — Пойми. Я ничего не помню. Но, исходя из того, что я знаю, мне сначала надо неделю отлежатся, как доктор сказал, чтобы я хоть ходить мог. Если нам некуда собаку деть…

— Некуда. Пастух твоим родителям сказал, что если Демон еще будет стадо колхозное гонять, то приедут с деревни мужики и его просто застрелят. А ему там, на даче, скучно. Никто с ним не бегает, палку не кидает. Кормят, да твоя дочь с ним возится. Вот он и нашел себе развлечение.

— А с твоей работой что?

— Я административный взяла, там наша установка все равно в ремонте, до сентября меня на работе не ждут.

— Ну, значит, я пока отлеживаюсь, ты нас с Демоном обихаживаешь. Когда ты будешь с собакой гулять или в магазин пойдешь, я с балкона буду тебя прикрывать. Кстати, ты из машины мои пистолеты принесла?

— Принесла, принесла, не волнуйся. — меня поцеловали долго и со вкусом, и лишь через пару минут я смог снова начать говорить.

— Там, как я понимаю, местные бабки круглосуточное дежурство в подъезде организовали?

— Ну да. — кивнула красотка и вскинула кулак: — Но пасаран.

— Значит, будем надеяться, что в ближайшее время никто сюда не сунется. А потом я выздоровею, найду Вареника и Князя, выпотрошу их до суха, в компенсацию морального ущерба и ремонта подъезда, после чего убью обоих. Ну и. найду время, на службу зайду, узнаю, уволили меня уже или еще нет.

— Со службой понятно, ты на нее мертвый поползешь. — Наташа, пренебрежительно, махнула рукой: — И как-же Завод?

— Ты не поверишь, после того, как я очнулся, то на службу не разу не хотел попасть. Просто надо с ней определится, если что, трудовую забрать.

— Ну, слава Богу, может быть. Ты и уволишься из своей милиции…

— Подожди с милицией, ты лучше расскажи, что за Завод то такой?

Ну Наташа мне и рассказала, что за Завод, такой, меня не отпускает, загнав своим повествованием в жуткую депрессию. Если, преступный мир был для меня понятен, и я надеялся, что с работой милиционера справлюсь, если меня еще не уволили, то как быть с заводским хозяйством?

Вселенная, очевидно, решила меня окончательно добить — из тяжких раздумий меня вырвал протяжный и требовательный звук электрического звонка, доносившийся от входной двери.

Глава 11

Глава одиннадцатая.

Мышеловка.

Июль 1993 года.

Открывала дверь, естественно, Наташа, предварительно совершив все положенные манипуляции — дважды закрыла дверной глазок подошвой ботинка, после чего уже поглядела в него сама и, с возгласом: — О, это Игорь, сосед.

Входная дверь распахнулась и на пороге комнаты появилось чудо. Чудо было на голову ниже меня, килограмм на тридцать тяжелее, облачено в черные, в искорку, брюки, розовую рубашку и малиновый пиджак. На голове чуда блестела обширная лысина, цепь грамм на пятьдесят висела под двойным подбородком, на каждой руке было по массивной золотой «гайке» с черными камнями, на запястьях блестели золотые браслет и часы.