— Великая Одинокая Дама. Позже за ней пройдут Влюбленный Малыш, Скромник, а тремя румбами севернее — Торговец Жемчугом.

— А где в это время будет находиться край Крючка Мауи? — поинтересовался великий навигатор.

— Ровно в полночь взойдет над Раиратеа.

От едва заметного утвердительного жеста старика сердце Тапу бешено заколотилось.

После короткой паузы Мити Матаи снова спросил:

— Какие ветры будут дуть в июле, если ты окажешься к северо-востоку от Первого Круга?

— До полудня никаких, — последовал ответ. — А с наступлением вечера должен подняться с востока слабый маоаи’а, который на закате солнца начнет дуть на юг, где столкнется, слегка штормя, с маоаи’а Тавара — и будет продолжаться так, пока Копье Бога Оро не скроется за горизонтом.

На губах Мити Матаи появилась легкая улыбка, и дрожащий Тапу Тетуануи понял, что он переступил через первый рубеж на дороге, ведущей в рай. Если уж этот великий, превосходящий всех жителей деревни своими знаниями и умениями человек готовился задать новый вопрос, значит, прежние ответы Тапу были верны.

— Итак, полдень, — продолжил Мити Матаи, — и у тебя над головой на юг пролетел фрегат. Какие выводы ты сделаешь из этого?

— Никаких. Он ищет отмель, где есть рыба, и ему все равно, куда лететь — на юг или на север. — Тапу глубоко вздохнул и продолжил: — Но если я его увижу тремя часами позже, то это будет означать, что он возвращается к своему гнезду. Значит примерно в пятистах милях к югу есть остров.

— С теорией ты хорошо знаком, — согласился великий навигатор, жестом приглашая юношу сесть напротив себя. — Но ты должен иметь в виду, что теория — как бы это сказать? — меньше всего поможет тебе, если ты находишься в сердце океана. Самое главное — это интуиция и мужество, особенно мужество, когда ты сталкиваешься с опасностью. Ты уверен в собственной смелости?

— Ведь это я вступил с незваным гостем в схватку и захватил его в плен, — напомнил Тапу. — Я первый сын Амо Тетуануи, который много лет плавал с тобою рядом, плечом к плечу.

— Мужество — это такая вещь, что не всегда передается по наследству, подобно носу или пироге, — подчеркнул учитель. — Ну а вот то, что ты захватил в плен огромного дикаря, уже кое-что говорит о тебе. — С этими словами он снисходительно улыбнулся и продолжил: — Я подумаю над твоим предложением, и если вернусь из дальнего похода, то мы вновь поговорим на эту тему.

— Если вернешься из дальнего похода? — испуганно проговорил Тапу. — Да на это могут уйти годы, и я уже не смогу научиться новым вещам! — Он умоляюще протянул руки: — Ведь я хочу в этом плавании быть с тобой, чтобы ты меня учил.

— Со мной, в плавании?.. — удивился Мити Матаи. — Но ведь ты еще совсем юн.

— Я уже мужчина, — с горечью в голосе ответил паренек. — И хочу тебе напомнить, что этот поход состоится только благодаря мне — ведь это я захватил великана. Без него вы бы никогда не узнали, в какую сторону следует плыть.

— Ты совершил серьезный поступок, — с расстановкой произнес собеседник. — Я помню о нем. Однако я один не стану решать, достоин ты или нет отправиться в экспедицию. Пусть Совет определит, кто войдет в состав команды.

— Капитан всегда имеет право выбирать членов экипажа, — напомнил ему юноша. — Это часть его обязанностей.

— Не в этом случае, — ответил Мити Матаи.