Именно поэтому, когда в шесть вечера Чейз показался в дверях моего кабинета, я решила вести себя строго профессионально.

‒ Давай вместе поужинаем в воскресенье? ‒ сразу предложил он.

‒ Не думаю, что это хорошая идея. В субботу я иду в клуб, а у тебя… ‒ я махнула рукой, как бы говоря, что это неважно, ‒ свидание. Уверена, что нам обоим нужно будет потратить воскресенье на восстановление перед новой рабочей неделей.

‒ Риз, все в порядке? – Мой ответ его явно смутил.

‒ Конечно, в порядке. Почему ты спрашиваешь?

‒ Просто ты выглядишь так, словно тебя что-то беспокоит.

‒ Это не так! ‒ резко выпалила я.

Возможно, слишком резко.

Поджав губы, Чейз изучал меня, ища подсказки, но я не дала ему ни одной.

‒ Подозреваю, это как-то связано с вечером субботы. И предположу, что тебе никогда не приходилось облачаться в торжественные одежды, чтобы просто поужинать с кем-то в общественном месте.

‒ Уверена, что позже ты сможешь хорошо провести время со своей подружкой, как после настоящего свидания, ‒ склонив голову на бок, парировала я.

Чейз нахмурился, но затем его лицо расплылось в самодовольной улыбке.

‒ Саманту трудно назвать моей подружкой, а ужин с ней – настоящим свиданием.

‒ Саманту?

‒ Именно с ней я иду на благотворительный прием. А ты думала, кого я приглашу? ‒ спросил Чейз, подходя ближе.

‒ Не знаю.

‒ Ты решила, что я пойду на настоящее свидание? И это после того, что мы обсуждали недавно за ужином?

‒ Кто-то упоминал, что обычно на подобные мероприятия ты берешь с собой модель, и остаешься до конца уикенда в отеле.

‒ Я уговорил Саманту сопровождать меня, и оплатил номер для нее и ее мужа, где они останутся после окончания приема. Это было условие нашего уговора.

‒ Ох, ‒ выдохнула я.

‒ Ты ревнуешь, ‒ заключил Чейз, подходя еще ближе.

‒ Вовсе нет.

‒ Ерунда!

‒ Даже если и так, это не имеет значения.

‒ Для меня имеет.

‒ Почему?

‒ Если ты ревнуешь, то значит, хочешь быть со мной так же сильно, как я хочу быть с тобой. Но предпочитаешь, чтобы я пребывал в неизвестности, не зная, о чем ты на самом деле думаешь. ‒ Лицо Чейза оказалось в нескольких сантиметрах от моего, когда он, опираясь руками о подлокотники кресла, в котором я сидела, практически навис надо мной. ‒ Я рад, что наши чувства взаимны.

‒ Думай, что хочешь, ‒ фыркнула я, закатывая глаза.

‒ Итак, вечер, воскресенье, совместный ужин?

‒ Обед.

‒ Ужин.

‒ Обед. Так будет более уместно.

Чейз поддерживал наш зрительный контакт, стараясь выглядеть серьезным, но я заметила, как поднялись уголки его губ в намеке на улыбку.