— На основе такой информации мы бы просто не могли летать, — ответил пилот. — Пройдемте со мной, я покажу вам наш гидрометцентр, который держит нас в курсе событий.

Впервые в жизни Джек увидел карту погоды. Молодой пилот рассказал ему о низком и высоком атмосферном давлении, холодных и теплых фронтах. Объяснил значение изобар, изотерм, различных значков на карте. В помещении гидрометцентра постоянно трещал телетайп, принося подробную информацию о погодных условиях на всей территории страны.

— А каковы источники этой информации?

— Мы используем материалы бюро погоды. Именно они поступают по телетайпу. Но бюро не может дать достоверного прогноза, так как значительная часть его информации устаревает. В каждом аэропорту есть инструменты для замера состояния атмосферы — барометры, термометры, ветровые конусы, поэтому нам известны местные условия в каждом аэропорту. Информацией делятся пилоты и авиакомпании. Если я попадаю в зону турбулентности, о которой меня не предупреждали, или вижу образующийся грозовой фронт, я передаю эти сведения по радио. Другие пилоты слышат меня. И разумеется, эту информацию используют сотрудники гидрометцентров, которые составляют карты погоды. Если вы умете читать эти карты, то сможете достаточно точно предсказать, как будет изменяться погода в том или ином месте.

Вернувшись в Бостон, Джек навел справки в газетах. Далеко не все публиковали прогноз погоды. А если и публиковали, то очень поверхностный, вроде того, что передавали радиостанции Джека. Он отправился в аэропорт и нашел там гидрометцентр еще более мощный, чем в Омахе.

Вернувшись, Джек разослал служебные записки директорам принадлежащих ему радиостанций, обязав каждого из них посетить местный аэропорт, договориться о регулярном получении развернутого прогноза погоды и несколько раз в день выходить с ним в эфир. А еще лучше — каждый час.

Двадцатого сентября, за день до того, как на Новую Англию обрушился самый разрушительный за столетие ураган, унесший жизни семисот человек, газеты дали следующий прогноз погоды: «Завтра холодно, дождь». И только радиостанции Лира предупредили о мощном шторме, приближающемся к Коннектикуту и Массачусетсу.

Радиостанции Лира стали первыми, кто сообщал слушателям, какая ожидается температура воздуха, когда и сколько выпадет осадков. Часто прогнозы не соответствовали действительности и вызывали массу насмешек. Однако вскоре примеру «Лир бродкастинг» последовали другие радиостанции, а затем и газеты начали публиковать подробный прогноз погоды.

Владелец шести обувных магазинов, Вейсман был одним из активистов Бнай Брит и часто выступал от имени этой организации. Высокий, крупный мужчина, лет на десять старше Джека, с черными, курчавыми, уже начавшими редеть волосами.

После того как они отсалютовали друг другу стаканами и пригубили виски, разговор повел Вейсман:

— Ваш дед, Йоханн Лерер, был профессором богооткровенной религии Берлинского университета. Он покинул Германию в 1888 году, чтобы не служить в армии.

— Я это знаю, — ответил Джек.

— Возможно, вы не знаете, что у него было трое братьев и сестра. Они остались в Германии. Так что у вас там многочисленная родня.

— Я в курсе. С некоторыми мой дед переписывался. Уговаривал их уехать из Германии. Они к нему не прислушались. В Германии у них дома, бизнес. К чему вы, собственно, клоните?

Соломон Вейсман улыбнулся:

— Сейчас объясню. Вы знаете, что один из ваших кузенов погиб в Kristallnacht?.

— Ночь разбитых витрин. Нет…

— Еще трех ваших кузенов арестовали. Мы говорим о «пропавших людях».