Так же аккуратно, как и резал — снимаю квадратики дерна и укладываю их рядом. Потом, когда закончу дело — приращу на то же место. Конечно, код открытия никто не знает, но…лучше пусть никто и не видит этих «клавиш». Береженого бог бережет.

Да, хорошо, что круг сделал с запасом — «клавиши» оказались чуть в стороне, на самой границе вырезанного круга. Убираю кинжал, и привычно жму «клавиши» в определенном ритме. Нажав — жду. Секунда, две, три…каменная плита медленно-медленно откатывается в сторону, открывая темное нутро подземелья. Дерн повисает, оторвавшись от плиты, и я быстро ныряю в сухую прохладную темноту. Глаза еще не привыкли, так что я на ощупь нахожу «клавиши» с внутренней стороны, давлю на них и закрываю проход. Все. Теперь можно спокойно посидеть, дожидаясь, когда мои кошачьи глаза привыкнут к темноте. Да и просто отдохну — сегодня был неприятный, нервный день. Одно радует — скоро увижу Уголька, небось соскучился там без меня!

Сидел полчаса, не меньше. Даже задремал. Проснулся как от толчка, как Штирлиц в кинофильме. Вскочил бодр и свеж и зашагал по тоннелю вперед. Идти было несложно — вход узкий, меньше метра диаметром, а вот дальше уже идешь в полный рост и даже потолка макушкой не задеваешь. Ну…по крайней мере я не задеваю, высокому человеку все-таки наверное низковато.

Дошел даже быстрее, чем поверху, что в принципе и немудрено — я ведь вверху шел по дуге, вдоль реки, а здесь — прямо, как стрела. В тоннеле темно, хоть глаз коли, но после того, как я посидел и привык к темноте — вижу не то чтобы ясно, но…вижу. По крайней мере руками по стенке не шастаю. Да в принципе света хватает — стены светятся сами по себе. Я еще в прошлые разы, когда здесь ходил, заинтересовался — откуда идет этот свет? Оказалось — светится плесень. Тонкий темный налет — это она и есть. Живет себе на камнях тоннеля, чем питается — неизвестно, но только светится в темноте, а если некоторое время освещать ее магическим светляком — светиться начинаетмногократно сильнее. Некоторое время, конечно.

Черный комок едва не сбил меня с ног! Вот же чертенок! Как он так быстро растет?! Эдак на него еды не напасешься, все мои запасы сожрал! Ну…почти сожрал. Уже не котенок, уже размером со взрослого кота! Блестящий такой, гладкий, морда наглючая! Как и положено черному коту. Улыбается, чертенок, мурлычет. Его мясом не корми, только дай понежиться у меня на груди. Хотя…насчет мяса — это я погорячился. Мясо — это наше все!

Кормлю чертяку, добавляя в корм травку и еще кое-какие минеральные добавки. Расти-то ему надо! А откуда брать микроэлементы? Эдак рахитом может вырасти. Ему нужны витамины, нужен правильный корм. Стараюсь!

Ох и здоровый вымахал…глаза желтые, светятся! И улыбка…придурок тот, кто сказал, будто у котеек нет лицевой мимики. Да черта с два! Я прекрасно вижу, когда он улыбается, когда попрошайничает, строя умильную морду, когда он сыт и доволен — просто по морде вижу, без всякой ауры!

— Друг! — вдруг слышу у себя в голове, и едва не вздрагиваю — Друг! Хорошо!

Опа! Вот оно, то, чего я ожидал, и чего честно сказал слегка побаивался. Началось!

— Друг — повторяю я, и показываю себя, давая картинку в мозг кота — Альгис. Я — Альгис

— Друг! Альгис! — повторяет кот, и прижимаясь ко мне облизывается, и довольно прикрывает глаза.

— Уголек. Уго! Ты — Уго! — передаю я картинку довольного черного кота, отблескивающего в свете магического светильника.