- Никого я не убивал! – буркнул я, даже не задумываясь, как воспримет мои слова Скарла. А та только презрительно фыркнула и занесла надо мной руку, будто хотела ударить. А может и хотела. Только не ударила. Опустила руку и встала у моей постели, бессильно сгорбившись и сделавшись старой - соответственно возрасту. А потом грустно и так же тихо сказала:

- Я считала, что ты лучше других. Что у тебя доброе сердце. Все понимаю – ты хотел устранить опасность, твой отец завел Клан в тупик. Клан трещит по швам! Но убить свою сестру, которая тебя любила, которая душу бы за тебя отдала…этого я понять не могу. Душой не могу. Разумом – могу.

- Да не убивал я никого! – яростно зашипел я сквозь зубы – Отстань от меня!

Я чуть не выдал ей тайну про летаргический сон отца и сестры, но что-то меня остановило. Может то обстоятельство, что Скарла так плохо обо мне подумала? Что она разочаровалась во мне, а я решил назло ей поддержать свой образ бессердечного говнюка? А может я опасался, что Скарла донесет эту информацию до моего брата, и моя затея раскроется? Я ведь до сих пор не знаю, на кого на самом деле работает Скарла. Кому служит. Мне все время чудилось, что через нее мой отец за мною следит. Но…это может быть и не отец. В любом случае – я ей не сказал. Идет она к черту! Пусть думает обо мне все, что захочет, А я буду делать свое дело.

Итак, ситуация ничуть не изменилась. Теперь вместо отца Первый, и он тащит нас на погибель. Вернее, так: это отец продолжает тащить нас на погибель руками Первого – почитай, из самой могилы. Из склепа, если быть точным. И я ничего не могу поделать – кроме как отправиться в столицу и попытаться там помешать планам врага. Ну не убивать же всех моих «братьев»?! Я же не зверь, не какой-то там маньяк!

Значит, придется ехать в столицу и разбираться на месте. Как смогу. Как получится.

***

Не знаю, почему надо было хоронить именно вечером, но только это все было настолько жутко, что я до хруста в зубах стискивал челюсти, а все равно не мог унять дрожь. Ну только представить: молчаливая процессия – впереди идет храмовник, настоятель Храма Создателя, весь в белом, с украшенной золотом шапке на голове и с посохом в руке. Не знаю, как называется эта шапка – тиара, что ли. А может и не тиара – какая разница? Посох тоже весь в золоте – богато живут храмовники. Мы кстати тоже отчисляем им часть доходов, и неслабую часть.

Храмовник символизирует поход душ умерших прямиком на небеса – типа сам Создатель их ведет по Нетленному Пути. Если грехов у них много - Путь начинает шататься, а то и обламывается, и тогда грешник падает в Преисподнюю, где им закусывают бесы. Демоны, то есть. Что впрочем суть одно и тоже. А может они его там слегка мучают – жарят на сковородах, поливая раскаленным маслицем, и грешники визжат, как жарящиеся сосиски (видел я такой ролик на Ютубе).

В общем – все, как всегда. Я даже подозреваю, что эти рассказки об Аде и Рае гораздо древнее, чем само человечество. Только у рептилоидов, сочинивших эти пугалки возможно варианты мучений были гораздо интереснее. Как-то: отрубание хвоста с дальнейшей поджаркой обрубка, и всяческие другие удовольствия, недоступные человеческим душам. Например – сдирание чешуи.

Создатель нужен, чтобы удержать душу на Пути – кстати, я так и не понял одного момента: если грехов нет, душа так и так пройдет в рай. А если грехи есть – так на кой черт держать грешника и не давать ему свалиться и получить заслуженное наказание? Во всех религиозных историях всегда таится масса нелогичностей и откровенных глупостей, потому лучше над такими вещами не задумываться.

Итак: вечер, впереди бесшумно в войлочных тапочках ступает священник, за ним несут два черных гроба – на плечах крепких рабов.