Глемас подозрительно посмотрел на него, но ничего не сказал.

- Ты, как я понимаю, сейчас улетаешь?

- Работа, - агент развел руками. - Надо сопровождать Касси и детей на Цессию.

Кротов замялся, но все-таки спросил:

- Как там твоя сестренка?

- Я уж думал, ты никогда не спросишь, - заулыбался Гронберг. - А она мне все уши про тебя прожужжала. Она в порядке и очень хочет увидеть тебя еще. Чем это ты её околдовал?

Потом, с неожиданной грустью добавил:

- Она стала совсем взрослой. Очень прошу тебя, не забывай об этом.

Он встал, показывая, что разговор окончен.

- Прости, хотелось бы посидеть еще. Поговорить о чем-нибудь, кроме работы. Но она, проклятая, не отпускает.

Сергей тоже поднялся.

- Брось, я все понимаю. Если будешь разговаривать с сестрой, передай, что я тоже очень хочу её увидеть, - Кротов, неожиданно для себя, покраснел и решительно добавил. - Мы обязательно увидимся, обязательно!

Гронберг удивленно посмотрел на него.

- Конечно, передам.

Он протянул руку для прощания.

- У меня еще одна просьба. Пожалуйста, не откажи.

Агент вопросительно поднял брови.

- Я хочу увидеть детей.

- Да они, вроде, уже на борту.

Заметив упрямо затвердевший подбородок Кротова, Глемас сдался.

- Иди. Я прикажу, чтобы пропустили. Кстати, там одна девчушка очень не хотела без тебя улетать.

Кротов сразу понял, кто это. Та малышка, что просила его перестать стрелять. Волна нежности прошла по нему. Словно это его маленькая сестренка.

- Хорошо, что её мать оказалась жива. Она летит с ней.

Кротов в чистом, без единой складочки, комбезе спецназовца, поднялся на борт десантного корабля. Бот должен был поднять отбывающих на орбиту. Там их дожидался эсминец Имперского флота. Десантники, знавшие теперь, кто он такой, и наверняка наслушавшиеся рассказов о том, что он творил в бою, с любопытством поглядывали на него.

Позвякивая подковками по металлу палубы, Сергей с достоинством прошагал мимо вахтенных и вошел в многоместную каюту. Большинство из детей были с родителями, лишь несколько сидели в одиночестве. Наверное их родные погибли.

Увидев Кротова, они загалдели и кинулись к нему. Но еще до того, как они притронулись к нему, он почувствовал волну щенячьей радости от того, что они вместе. Родители с изумлением наблюдали за процедурой встречи. Некоторые даже вскочили, пытаясь задержать своих отпрысков. Одинокий паренек, постарше, разрядил обстановку, объяснив:

- Это тот десантник, который всех нас спас.

Знакомая девчоночка подбежала к Кротову и уткнулась лицом в его живот. Он прижал её и ласково погладил по голове.

- Все, мои хорошие. Теперь все будет хорошо.

Родители окружили его и, пытаясь замять возникшую неловкость, тоже начали благодарить.

- Перестаньте! - взмолился Сергей. - Я солдат и выполнял свою работу. Я хочу сказать вам всем пару слов.

Он оглядел присутствующих. Все затихли, ожидая.

- Родители должны понимать, что ваши дети прошли через страшное испытание. Понятно, что оно повлияло на их психику и, поверьте моему опыту, последствия войны иногда будут проявляться в их поведении. Но не пугайтесь и не бегите сразу к психологам, все постепенно пройдет. А вам, ребята, я скажу одно - не пугайте своих родителей. Вы обычные дети. Самые обычные дети. Помните это.

Постепенно скрытый смысл его слов доходил до ребят. Они согласно закивали. Лица их стали серьезными. 'Как они повзрослели', - подумал Сергей и закончил:

- Я вместе с вами прошел через все, что здесь произошло и вы навсегда в моем сердце! Я думаю, мы еще встретимся.

Сергей еще раз оглядел встревоженных родителей, кажется, он не успокоил их, а совсем наоборот.