Барон, видимо, придерживался атакующего стиля. Он сделал шаг вперед, и сталь ударила о сталь. Не было никаких хитрых ударов - укол, отвод, укол, все довольно быстро, и Константин не успевал за ним. И это было плохо. Пока он отступал, принимая удары на лезвие и отводя их в сторону, на лице барона проступила презрительная улыбка. Он усилил напор, его шпага мелькала все быстрее. Пару раз он закручивал скьявону, и та едва не вырвалась из руки. И тут Константин понял - пора. Еще немного, и он упрется в стену. На этот раз, отбив был сильнее обычного, и оружие барона отлетело в сторону, тот так привык к мягкому стилю противника, что не ожидал подобного. А Воронцов выполнил единственную связку, которую Ян вдалбливал его на протяжении десяти часов - мощный отбив, шаг вперед, разворот, шпага устремилась к цели, но только скользнула по руке этого наглого боярского выскочки. А Константин уже заканчивал свой удар, скьявона пошла горизонтально полу, барон отпрянул, так быстро, насколько мог, поэтому лезвие не перерубило ему шею, а полоснуло кончиком по горлу. Но этого было достаточно. Грегор рухнул на колени, пытаясь зажать страшную рану, кровь из которой толчками лилась ему на грудь.

- Барон ранен, - заорал длинный, - поединок закончен!

Он и лекарь рванули к Южскому, именно в этот момент тот завалился на бок и забился в конвульсиях.

Целитель попытался что-то делать, артефакт в его руке сиял зеленью, вот только видимо рана оказалась сильнее. Грегор дернулся в последний раз и замер в луже собственной крови.

- Вот теперь закончен, - произнес Воронцов и резким взмахом клинка сбросил несколько капель крови с кончика скьявоны.

- Ты ранен, - заметил Горд, подавая Константину бинт.

- Блин, новая блуза, - возмутился бывший детектив, глядя на разрезанный рукав чуть выше предплечья и кровь, залившую белую тонкую ткань.

Лада быстро разорвала тонкую материю и наложила повязку.

- Царапина, к вечеру завтрашнего дня и шрама не останется.

- Боярин? - позвал Горд.

- Говори, - махнул рукой Константин, натягивая кобуру с монархом.

- Хочу заметить, что барон вас не убил в первые несколько секунд только потому, что переоценил вас, он никак не рассчитывал нарваться на дилетанта и осторожничал.

- На то и был расчет, - усмехнулся Воронцов. - А когда он, не веря своему счастью, рванул вперед, я выполнил то, что вбивал в меня на автомате мастер Ян.

- Поздравляю, - присоединилась Юлия, - но Горд, прав, тебя не убили только чудом. Как вы, инопланетники, говорите - ты лох печальный?

Константин не выдержал и рассмеялся, все посмотрели с недоумением, а длинный осуждающе.

Константин проигнорировал этот взгляд.

- Да уж, Юлия Михайловна, нахваталась ты от нас много всякого нехорошего. Как же тебя теперь в приличное общество-то выпускать?

- Барон умер, - раздался за спиной голос секунданта, который отвлек Константина от разговора с боярышней, он был грустным и подавленным.

Воронцов обернулся и пожал плечами.

- Я печалиться не буду. В своей смерти он виноват сам, слишком длинный язык.

- Я подошел сказать, что официально дуэль закончена, вы признаны победителем. Вы удовлетворены?

- Вполне. С телом сами разберетесь или нужна помощь?

- Сами, - качнул головой длинный и ушел к лекарю, который все еще стоял над трупом.

- Ну что, поехали ужинать? Вара обещала ростбиф.

- Поехали, - заулыбалась Лада.

Стоило поединку закончиться победой Воронцова, она снова стала прежней, перестала хмуриться и ворчать.

- Боярин, - обратился к нему Горд, когда они, уже переодевшиеся, сидели за столом на втором этаже и уминали шикарный ростбиф, рецепт которого Воронцов подкинул стряпухе.

Константин оторвался от сочного куска говядины и посмотрел на наемника.

- Забыл сказать. Был гонец из совета, он привез части тварей, которые на артефакты идут, остальное кунами, почти две сотни золотых.