Сейчас на меня устремится что-то намного серьёзнее прошлых заклинаний.

Спешу вперед, не давая виконту совершить замах.

Подставляю под удар сначала левую саблю. Сдержать соперника оказывается невероятно трудно. Магия его клинка многократно увеличивает силу удара. Такое впечатление, что я пытаюсь остановить машину, скатывающуюся с горы.

Я подставляю вторую саблю, и клинок, наконец, удаётся остановить.

Мамонтов напрягается. Если он сейчас не завершит удар, то его заклинание может вырваться из-под контроля.

Макар хватает свой клинок второй рукой, пытаясь продавить меня.

Он скалится и смотрит мне в лицо. Я отвечаю тем же.

Похоже, мы оба понимаем, что сейчас наши силы практически равны.

— Твои сабли должны были уже разлететься на куски, — он недовольно косится на мои клинки.

В его глазах читается удивление, затем Макар вновь поднимает взгляд на меня.

— Клинки стихий, но почему ты не применяешь магию?

— Ты что, забыл? — улыбаюсь и давлю со всей силы. — Я не маг.

— Недодворянчик, я всё равно убью тебя, — злобно цедит сквозь зубы Мамонтов.

Продавливаю оборону виконта и вижу, наконец, испуг в его глазах.

Он догадывается, что сейчас произойдёт.

Я не разочаровываю своего соперника.

Продолжаю отводить клинок вниз, а вторую саблю вонзаю ему в живот.

Рядом полно магов жизни. Такая рана не приговор. Просто способ быстро завершить бой.

Соперник не выдерживает и теряет концентрацию.

В следующее мгновение магия срывается с его сабли.

Под Мамонтовым образуется колодец с ровными стенками. Виконт падает в него, пытается зацепиться за край и выпускает саблю из рук.

Не успеваю ему помочь — пальцы Макара соскальзывают с края, и виконт летит вниз.

— А-а-а… — кричит он падая.

Я вижу, как магия его сабли перестаёт действовать на землю.

Колодец разрушается, сдавливая раненого соперника под толщей земли.

Глава 25

Первый час ночи. Колония «Павловск». Павловский парк.

Сразу после боя ко мне поспешили секунданты и два медика, дежурившие на дуэли.

Похоже, выяснение отношений с помощью схватки было в порядке вещей на здешних балах. Уж больно слаженно действовали маги жизни. Один медик поинтересовался моим состоянием, убедившись, что я совершенно здоров, присоединился ко второму. Тот активно занимался организацией операции по вызволению виконта.

Среди зрителей, видевших дуэль, нашлись три мага земли выше шестого уровня. Они сначала вместе с медиками пытались отыскать Мамонтова под толщей земли, но тщетно. Тогда за пару минут место нашей дуэли превратилось в стройплощадку с большим котлованом посередине.

— Стоять, — рявкнул я на одного из секундантов виконта.

Парень был моим ровесником, ему можно было дать двадцать три — двадцать пять, не больше. Его род явно был в вассалитете у рода Макара: что до этого в бильярдной, что здесь парень показывал чересчур большое рвение.

— Это семейная реликвия, я должен передать её в дом Мамонтовых, — залебезил он, протягивая руки к сабле.

— А вот и нет, это мой законный трофей, — я прижал ботинком саблю к земле, не давая её поднять.

— Род Мамонтовых будет против такого беспредела.

— Роду Мамонтовых надо было лучше заниматься воспитанием Макара, — я поднял свой трофей.

— Что с боя взято, то свято, — сказал Семён, подняв указательный палец вверх.

— Он не мог проиграть, вы мухлевали, — раздался за спиной первого голос второго секунданта виконта.

— На каждого сильного найдётся ещё сильнее, — Семён вставил очередную поговорку.

Дровосек встал перед секундантами виконта.