«Это да, но что делать сейчас? Мы так долго шли к этому злополучному телепорту, а его нет!»

«Разберёмся, не переживай. Безвыходных ситуаций не бывает», — успокоил я Антона.

«Тебе легко говорить, когда ты не слышишь, что происходит сейчас в городе».

«Так расскажи. Будем знать это вместе».

«Ладно, — недолго сопротивлялся Антон, — сейчас почти везде, где мы ходим, появляются какие-то зазывалы и предлагают перейти к активным действиям».

«Расскажи подробнее, что именно они хотят?»

«Чаще всего разгромить магазины коммерсантов, мол, во всём виновата их жадность».

«Ну это неудивительно, недовольных и падких на лёгкие деньги всегда много найдётся, что-то ещё?» — поинтересовался я.

«Тут и там звучат разные революционные лозунги, вплоть до провозглашения анархии».

«Ну это тоже неудивительно, революционеров в этом городе должно быть много. Дельные-то предложения есть?»

«Есть, но намного меньше. Они предлагают собрать ополчение и дать отпор силам Крупского, осаждающим город с юго-запада. Ещё есть паникёры, которые предлагают срочно бежать из города, пока не стало поздно».

«Не переживай, я думаю, в ближайшее время к народу выйдет губернатор и попробует успокоить. Если же нет, то это будет начало волнений».

«А что думаешь насчёт взорванного телепорта?» — поинтересовался моим мнением Антон.

«Думаю, что в ближайшее время его восстановят. Он слишком важен для Российской империи. Казна теряет очень много денег за каждый час его простоя».

«Думаешь, восстановят?»

«Думаю, дня два-три, максимум неделя».

Антон, кажется, выдохнул с облегчением, впрочем, как и я. Всё же всеми войнами и революциями заправляют люди с деньгами. Одним словом, это просто новый делёж сфер влияния, часто заканчивающийся сменой политических элит.

Народ бездумно бродил по улицам, но при этом всё ещё были открыты многие магазины и заведения общепита. Эти коммерсанты явно думали, что им повезло, так как люди часто заходили к ним, чтобы перекусить. Когда же начнутся волнения, первыми жертвами окажутся именно они.

Мы с Иваном и Семёном уселись пообедать на открытой террасе одного из многочисленных кафе рядом с центральной площадью. Борзых и Гаврилов поспешили в пограничное управление: им надо было отметиться в связи с новыми обстоятельствами, произошедшими этой ночью.

Официанты зашивались. Народу, который надо было обслужить в этот обеденный час, было много. Владелец стоял довольный у стойки, подсчитывая сегодняшнюю выручку.

— Ну как тебе Жизель? — спросил Иван у Семёна, ехидно улыбаясь.

Семён смутился и опустил глаза, начал елозить ложкой по тарелке с супом.

— Иван, — удивился я, — а ты откуда её знаешь? Ты же вроде по таким местам был не ходок.

Давыдов заметно покраснел, выдав себя с головой.

— Ладно, ладно, всё с вами понятно, — я с улыбкой посмотрел на друзей и подкрутил ус.

«Егор, походу, скоро будет выступать губернатор, как ты и сказал», — предупредил меня Антон.

«Тогда надо поспешить, хочу понимать: мы можем остаться в городе или всё же до восстановления телепорта придётся его ненадолго покинуть», — обратился я к Антону.

— Ребята, поспешим, скоро будет выступать губернатор. Хочу послушать, что он скажет, — я встал, положил на стол четвертак и поспешил с друзьями на выход.

Народу на площади было много. Краем глаза подметил, что в некоторых местах уже не хватало камней на брусчатке.