Мужчина поспешил и перекрыл мне дорогу. Я уже хотел было схватиться за рукоять сабли, но незнакомец лишь протянул мне свою ладонь.

— Спасибо огромное, — сказал он, крепко пожимая руку, — этот переулок единственный остался неповреждённым благодаря вам.

— Но причём здесь я?

— Я сам из колоний, накануне решил родственничков навестить, а здесь такое. Ну вы сами знаете. Телепорт взорвали…

— Ты чего от меня хочешь?

— Вы бандитам сказали, что переулок под вашей защитой. А вчера вырезали одну из крупных банд, вот налётчики сюда и не пришли больше. А простых залётных, которые хотели стёкла бить, да людей грабить, мы сегодня уже сами стали спроваживать на выход, — мужик кровожадно улыбнулся.

— Понятно, мне пора, — постарался я уйти от навязчивого мужчины.

— Меня Алексей зовут, — всё продолжая сжимать мне руку, сказал он.

— Замечательно, очень за вас рад, Алексей. Что вы от меня хотите? — я так сильно сжал руку в ответ, что мужику, наконец, пришлось её отпустить.

— Меня тут все попросили с вами поговорить, — мужчина набрал в лёгкие побольше воздуха и на одном дыхании выпалил. — Местные жители хотят, чтобы вы возглавили оборону Безымянного переулка от возможных нападений. Вы согласны?

— У меня есть договор, сейчас работаю по нему, — попытался уйти от прямого ответа я.

— Мы уже сходили к Евгению Викторовичу, и он в принципе не против, — продолжал настаивать на своём охотник из колоний, — если, конечно, вы согласитесь.

— Подумаю, — сказал я, направляясь вглубь переулка.

— Мы заплатим, — раздался вслед голос другого мужчины.

Потом сказавший это получил затрещину от первого.

— Ты чего говоришь? Понятное дело, что заплатим. Он же благородный, сейчас обидится ещё на твои слова, — продолжил поучать говорливого мужчину Алексей.

Пока я шёл к магазину Скрабеля, увидел, что переулок словно ожил: появилось много людей, вытаскивающих из своих квартир какой-то хлам, который затем несли к перекрестку. В этом участвовали не только мужчины, но и женщины с детьми. Торговцы, магазины которых были на нечётной стороне, вытаскивали из своих лавок разные инструменты, снабжая ими жителей.

Тут же я увидел пекаря, который каких-то пару дней тому назад информировал меня в трактире о делах, творившихся в лавке Скрабеля. Он вышел на улицу с двумя огромными корзинами длинных булок, которые раздавал всем проходившим мимо.

На улице царила атмосфера взаимопомощи и поддержки. Люди объединились, чтобы выжить.

В дверях меня встречали друзья и пожимающий плечами Скрабель.

— Я смотрю, вы здесь уже всё решили без меня, — сказал я друзьям, читая в их глазах решимость.

Те улыбаясь пожали плечами.

Глава 16

Час дня. Город Чусовой. Безымянный переулок, дом тринадцать.

Я смотрел на Евгения Викторовича, он поглаживал правой рукой свою лысину и улыбался.

— В этом переулке все дома принадлежат мне, — начал он, — по нечётной стороне лавочники, ремесленники — все очень порядочные и добрые люди, они никогда не пойдут ради прибыли на обман. По чётной стороне, — он показал на пятиэтажные здания, — доходные дома, здесь я сдаю жильё тоже самым лучшим людям, плохие у нас не задерживаются.

— То есть у меня всё равно варианта другого нет? — ухмыляясь, спросил я.

Скрабель пожал плечами.

— Ладно, — я кивнул, — за дело.

Ещё раз оглядел переулок шириной около двадцати метров.

— Соберите здесь через пять минут всех старшин домов, — велел я.

— Сделаю, — сказал Скрабель, подзывая жестом пробегающего мимо ребёнка.