— Боги, Алекс! Я... я не думал...

Я нахмурилась и потянула руку, чтобы взять его ладонь, но движение отозвалось у меня в животе. Чувствительная кожа натянулась, вызвав острый укол боли. Я вскрикнула.

— Алекс, не надо слишком много двигаться, — Айден положил руку на мою. — Он залатал тебя, но тебе надо поберечься.

Я уставилась на Айдена, и, когда я заговорило, мое горло болело.

— Линард ударил меня ножом, да? С чертовой кровью Титана?

Глаза Айдена стали темными, как грозовые тучи. Он кивнул.

— Ублюдок, — прокаркала я.

Его губы изогнулись.

— Алекс, я... я так сожалею. Этого не должно было случиться. Я был там, чтобы обеспечить твою безопасность и...

— Прекрати. Это не твоя вина. И, очевидно, я по большей части в порядке. Я не ожидала, что это будет Линард. Ромви — да. Но Линард? — я начала двигаться, но Айден был быстрее, аккуратно прижав мои плечи к подушке. — Что? Я могу сесть.

— Алекс, тебе нужно полежать спокойно, — он сердито покачал головой. — Вот, выпей это.

Он держал чашку перед моим лицом.

Я взяла соломинку, глядя на него поверх чашки. Вода с ароматом мяты была абсолютно божественной и облегчила боль в гортани.

Айден смотрел на меня, поглощая меня так, словно он не ожидал снова увидеть меня. Воспоминание о нем, склонившимся надо мной, пораженном и умоляющем, пронеслось у меня в голове. Смесь чувств отражалась на его лице: радость, беспокойство, но больше всего, облегчение.

Он взял у меня чашку:

— Тише.

Я опустила одеяло, удивленная тем, что на мне была чистая майка и серые тренировочные штаны, которые обычно выдавал Ковенант. Не обращая внимание на укол боли, я задрала край майки.

— Ох дерьмо.

— Это не так плохо...

Мои руки тряслись.

— Правда? Потому что я думаю, что таким гордился бы твой Джеймс Бонд, — ярко-красная линия была двух дюймов в длину и по меньшей мере дюйм в ширину. — Линард пытался выпотрошить меня.

Айден взял мои руки и отвел их от футболки. Потом он натянул её обратно и осторожно поправил одеяла вокруг меня. Меня всегда удивляло как... осторожен и нежен был Айден, зная, что я была выносливой до костей. Это заставляло меня чувствовать себя женственной, маленькой и обожаемой. Защищенной.

Для такой как я, рожденной и обученной сражаться, такое мягкое обращение было непривычным.

На его челюсти напряглась мышца:

— Да.

Я уставилась на Айдена, почти с благоговением.

— Я как кошка. Клянусь, у меня девять жизней.

— Алекс, — он поднял глаза, встречаясь со мной взглядом. — Ты использовала их все и еще несколько.

— Ну... — мне вспомнился влажный запах.

Айден накрыл ладонью мою щеку, и тепло распространилось по моему телу. Его большой палец гладил мой подбородок.

— Алекс, ты... ты умерла. Ты умерла у меня на руках.

Я открыла рот но закрыла его. Яркий свет и ощущение падения не были странным сном и было что-то еще... я это знала.

Его рука на моей щеке дрожала.

— Ты так быстро истекла кровью. Было недостаточно времени.

— Я... я не понимаю. Если я умерла, почему я здесь?

Айден взглянул на закрытую дверь и медленно выдохнул.

— Ну, здесь все становится немного странным, Алекс.

Я сглотнула:

— Насколько странным?

Появилась быстрая улыбка.

— Была вспышка света...

— Я её помню.

— Ты помнишь что-нибудь после этого?

— Падение, я помню падение и.