– Мы принадлежим к командорству, недавно основанному в районе Маэстразго, – объявил он достаточно уверенным тоном. Лицо Пьера при этом явно выражало осуждение. – Это командорство совсем новое, так что никто еще не знает о его существовании! – подчеркнул он, закрывая этими словами неприятную тему.

– Отлично! Я в восторге от хороших новостей о нашем ордене и рад, что он расширяется. – Де Эскивес улыбнулся. – Вы прибыли в подходящий момент, потому что мы как раз собираемся обедать. Не хотите ли присоединиться к нам?

– Воспользовавшись вашим присутствием, я хочу попросить вас уделить мне немного времени после обеда и дать несколько советов по поводу наших планов расширения владений. Вы сделаете это для меня? – Он хотел поговорить с Пьером наедине, подозревая, что тот находится здесь не по собственной воле.

– Я с огромным удовольствием помогу вам.

Они вошли в просторную столовую, где были поданы куски черного хлеба и вареные овощи. Между тарелками стояли глиняные кувшины с вином. Пока все расправлялись с обедом, де Эскивес рассказывал, какова каждодневная жизнь в этом командорстве, какую работу выполняют монахи и что имение производит для продажи замечательное вино, очень популярное во всей Сеговии.

Обед закончился, и все вышли в галерею. Де Эскивес поручил одному монаху показать прибывшим тамплиерам имение, пока они с Пьером будут рассматривать планы по переустройству имения. Педро Урибе попытался помешать этому, но безуспешно. Ему совершенно не понравилось, что Пьер остался наедине с де Эскивесом, но просьба последнего казалась достаточно убедительной.

Пьер и де Эскивес вошли в строго обставленный кабинет, и монах запер за собой дверь. Он не стал терять ни секунды.

– Пьер, я отлично знаю, кто ты такой! – Это вступление застало строителя врасплох. – Ты наверняка знаешь, что Хуан де Атарече – мой близкий друг, но вряд ли тебе известно, что он достаточно много мне о тебе рассказывал. Я нашел эту отговорку, чтобы мы остались одни и ты мог откровенно мне все рассказать. – Он пригласил Пьера сесть. – Еще скажу тебе, что мне известно многое о Педро Урибе, и отзывы о нем самые худшие. Происходит нечто странное, и мне нужно твое объяснение. Ты можешь рассчитывать на конфиденциальность и мою помощь.

Пьер попытался быстро овладеть собой после столь откровенных заявлений и после недолгого молчания поднял на де Эскивеса взгляд. Ему показалось, что де Эскивес заслуживает доверия, и он начал:

– Наш друг Хуан де Атарече мертв. – Сказав это, он посмотрел, какой будет реакция де Эскивеса.

– Мертв? Как это возможно? – глаза командора стали влажными. – Я знаю, что он очень болел, но смерть…

– Несколько дней назад он умер в своем командорстве. Я встретился с ним за несколько часов до того, как это произошло, но ты должен знать, что он умер не своей смертью.

Де Эскивес прервал его, заливаясь слезами.

– Ты хочешь сказать, что кто-то способствовал его смерти? – Он вытер глаза белым платком, который достал из внутреннего кармана.

– Скажем, ускорил ее, поскольку Хуан и так был близок к кончине. И я знаю, что это сделал Педро Урибе.

– Этот проклятый! И у него хватило смелости явиться сюда, скрыв правду, после того, что он сделал! – Де Эскивес с силой сжал кулаки. – Но ты наверняка знаешь, зачем он появился здесь и каковы его черные намерения.

Пьер рассказал ему обо всем, что произошло в Королевском Мосту: о рисунке на простыне, о своем бегстве после того, как он обнаружил покойного, о своих выводах касательно смысла рисунка и о том, как он пришел к заключению, что Хуан хотел направить его сюда, к своему другу.