– Вы не понимаете, о чем говорите. Фурье станет работать только на меня.

–А наше дело, сэр? Мы здесь по приказу милорда Уэйда.

«Плащ» пожал плечами и ничего не сказал.

–Вы не ответили, – настаивал «мундир».

–Я прибыл в Париж не ради Уэйда и не ради Британии. Мне нет дела до короля и королевы Франции, равно как и до короля Англии.

–Я слышал о вашей чудаковатости, сэр. Но вы берете средства от милорда Уэйда и от премьер-министра Питта. Потому вы служите Британии!

– Одно другому не мешает, сэр. Я хочу опробовать свой метод. И Фурье тот, кто мне нужен.

– Но ведь этот человек не Фурье, сэр. Это имя лишь «маска» и не более.

– Пока он помнит, что он Дарней. Артур Дарней, английский дворянин и офицер короля. Но скоро он станет Фурье и только Фурье. И это будет не «маской» но его сущностью.

– Он утратит память? – спросил «мундир».

– Нет. Дело не в памяти. Одна личность умрёт! В его теле умрёт Дарней. И возродится Андре Фурье! Вы хоть можете понять, что я сделаю?

– Нет.

– Я стану почти богом!

– Не могу вас понять. Но вы полезны для моей родины и потому я с вами. Хотя вы мне не нравитесь, сэр. Хочу сказать честно. Вы настоящий безбожник.

«Плащ» не обратил внимания на замечание «мундира».

– Смотрите! – показал он.

– Что? – спросил «мундир»

– Вот и он. Сам мсье Андре Фурье!

– Вот этот?

– Да, этот молодой человек. Он идёт в гости к Марату.

– Так сразу?

– Он пойдёт далеко. Карьера этого человека многих заставит удивиться.

– А что нам делать?

– Ждать…

***

Жан Поль Марат редактор революционной газеты «Друг народа» принял гражданина Фурье с радостью. Андре даже не ожидал подобного. Удар его кинжала помнили, хотя прошло много времени, и множество событий могли затмить это. Да мало ли грабили и убивали на дорогах Франции дворян и чиновников? И убийство де Кадуаля могло стать одним в бесчисленной череде таких же убийств. Но нет! Удар Фурье запомнили не как предательский удар в спину, а как акт возмездия со стороны народа правящему сословию. И поступок молодого парижанина стал символом выступления против тирании.

– Это тот самый, что решился отомстить? – вскричал Марат. – Тот, кто в тёмные времена поднял руку на тиранов? Как нам сейчас не хватает вот таких в Собрании!

Марат не был молод. На его болезненном лице залегли морщины и под глазами были синие круги. В последнее время он почти не спал.

– Рад приветствовать вас, гражданин, на земле Парижа!

Андре пожал руку Марата.

– И я рад вернуться на родину, гражданин! Наконец-то тирания свергнута!

– Ещё не свергнута! – вскричал Марат. – Не свергнута! Я убеждаю наших поднимать народ на восстание! Федераты уже двинулись в армию, чтобы дать отпор австриякам и пруссакам! Но вначале стоит раздавить змею здесь в Париже! С теми, кто против революции, нужно расправиться без всякой жалости! Также как и вы тогда всадить кинжал в сердце аристократа! Я не сплю ночами. Сочиняю манифесты.

Он показал Фурье на груду бумаг на своём столе.

– Я их читал, гражданин Марат!

– Читали?

– Многие манифесты, написанные вами, всюду на улицах Парижа.

– И вы согласны с тем, что в них написано?

– Согласен. Врагу нужно дать достойный отпор! – заявил Фурье.