Попугая мне недавно преподнес в подарок Цыпа, зная пристрастие шефа к разным проявлениям флоры и фауны. Живой презент, впрочем, был с серьезным дефектом — бедняжка Наркоша имел покалеченную левую ножку и при ходьбе заметно хромал, забавно переваливаясь из стороны в сторону, словно крепко поддатый.

Был у попугая и другой весомый недостаток — он ни в какую не желал селиться в клетке, предпочитая по-хозяйски осваивать всю четырехкомнатную квартиру. Очень скоро мне надоело соскребать с мебели и ковров зеленые отходы пищеварения Наркоши, и я определил попугаю новое местожительство на балконе. Он большой и довольно теплый, так как полностью защищен со всех сторон толстенными пуленепробиваемыми стеклами. А зимой можно установить на балконе электрообогреватель, а то и два.

Я щедро насыпал в деревянную миску крупных конопляных зерен из кулька и, открыв балкон, вынес привередливому пернатому его обычный злаковый обед.

К часу дня, как всегда, нарисовался верный Цыпа. По его хмуро насупленной мордахе я сразу просек, что наш пиратский фрегат опять где-то дал опасную течь.

— В чем проблемы, брат? — поинтересовался, когда мы заняли свои удобные места в теплом соседстве с камин-баром.

— Нынче тебе пить не след, Евген, — мягко, словно извиняясь, заметил соратник, предупреждая мои дальнейшие логичные действия. — Край необходимо срочно пораскинуть мозгами, как нам быть с Бароном.

— А в чем суть? — я отвел неравнодушный взгляд от нежно светившегося открытого бара, где озорно-призывно множилась в зеркалах целая батарея разнокалиберных бутылок всех цветов и оттенков. С плохо скрываемым разочарованием закурил "родопину" и откинулся в кресле, приготовившись выслушать неприятные известия.

— Если помнишь, я уже докладывал неделю назад, что куда-то исчез Химик — главный наш спец по переработке опийного молочка в героин. С тех пор о нем ни слуху ни духу.

— Это ничего плохого не означает. По ходу, отрывается братишка на шалмане с девочками. Запас порошка у нас приличный — пару недель и без талантов Химика запросто обойдемся. Пусть отдохнет всласть.

— Согласен. Но дело значительно хуже, Евген.

— Рассказывай. Подробно.

— Всю эту неделю я ежедневно по многу раз названивал безрезультатно на фатеру Химику, а вчера не выдержал и сам поехал. Дверь его квартиры-лаборатории раскурочена и сбита с петель, а все оборудование с реактивами пропало вместе с хозяином. Следов крови, правда, не обнаружил.

— Да, не было печали… — я даже расстроился слегка. Одно утешение: это работали не менты. Иначе майор Инин мне бы уж давно цинканул. — А с чего ты вдруг взял, что здесь как-то Барон замешан?

— Это на поверхности, как ты часто любишь выражаться, — убежденно заявил Цыпа, тряхнув своей густой рыжей шевелюрой. — Вся цыганская кодла Барона поголовно торговала лишь ханкой — опийным сырцом. Героина у цыган никогда раньше в наличии не было. А вот недавно, как я точно выяснил, порошок у Барона откуда-то появился. Да в крупном количестве. А главное, козел, сразу цену сильно сбил — всю постоянную клиентуру хочет на себя замкнуть. У нас грамм "лимон" весит, а у его братии восемьсот тысяч всего. Мы уже имеем серьезные убытки. Надо срочно что-то делать, Евген.

Я с силой вдавил вдруг загорчившую сигарету в пепельницу-"акулу" и решительно достал из бара плоскую бутылочку "Матры".

— Полезно слегка ополоснуть мозги для их активизации, — пояснил я, отвечая на явно осуждающую гримасу соратника. — Рюмашка-другая сейчас будет очень в тему.

Накатив стопку обжигающей янтарной жидкости, я моментально почувствовал себя значительно лучше.