Раздался стук в дверь.

— Тут вот у нас летчик, если хотите поговорить с ним, — сказал один из разведчиков.

Командир эскадрильи оказался ростом чуть ниже Майка, со светлыми волосами и веснушчатым лицом.

— Вы сможете доставить нас вот в эту точку? — спросил я, показывая на карте.

— Когда? — ровным, бесстрастным говором центральных графств уточнил летчик.

— Пока что не знаю точно. В течение ближайших двух суток.

— По состоянию на данный момент смогу. Однако сначала мне надо будет «прорешать конфликтные ситуации» и все такое. Сколько вас?

— Восемь человек.

— Транспорт будет?

— Нет, только снаряжение.

— Тогда никаких проблем быть не должно.

Я почувствовал, что летчик уже мысленно просчитывает запас горючего, прокручивает перед глазами наземные ориентиры, прикидывает, как уклониться от систем ПВО.

— У вас есть еще какая-нибудь информация — помимо того, что имеется на картах?

— Я сам собирался спросить вас о том же, — усмехнулся я.

— Нет, у нас полный ноль. Если нам не удастся доставить вас в нужную точку, куда бы еще вы предпочли отправиться?

— Все зависит от того, куда вы нас можете доставить.

На все время от взлета и до высадки летчик станет единоличным командиром, хотя он понятия не будет иметь о том, в чем состоит наша операция. Нам придется полностью положиться на него; мы будем лишь пассажирами.

Летчик ушел, а мы, заварив новую порцию чая, приступили к обсуждению самого заковыристого вопроса: как уничтожить наземные линии связи и пусковые установки «СКАДов».

Нам хотелось причинить максимальный ущерб, затратив минимальные усилия. Самый оптимальный для нас вариант: кабели проходят вдоль магистрали и приблизительно через каждые десять километров имеются смотровые колодцы, через которые обеспечивается доступ обслуживающего персонала. Мы не знали, будет ли в таком колодце устройство усиления сигналов или еще что-нибудь. Но Стэн предположил, что поскольку на прокладке наземных линий все экономят, возможно, в таком колодце в качестве бесплатного приложения находится кабель связи.

На Берта опять посыпались вопросы. Запираются ли крышки смотровых колодцев на замок? Оснащены ли они какими-то системами сигнализации, и если оснащены, сможем ли мы эти системы отключить? А если не сможем, не придется ли нам выкапывать из земли сами кабели? А что, если кабели защищены бетоном, железом или еще чем-нибудь? В этом случае нам скорее всего понадобится направленный заряд, чтобы прожигать сталь. Не будут ли смотровые колодцы во избежание захвата противником затоплены водой? Как это ни странно, последнее на самом деле было бы нам на руку, поскольку вода явится для взрывчатки своеобразным пыжом, значительно увеличивая мощность взрыва.

Мы решили, что в зависимости от обстановки на местности нам надо будет перерезать кабель в четырех, пяти или шести местах, причем заряды взрывчатки будут заложены так, чтобы сдетонировать в различное время на протяжении нескольких суток. Мы заложим все заряды одной ночью и установим первый детонатор так, чтобы он сработал, скажем, на следующий день ближе к вечеру. Этим мы выведем из строя линию связи по крайней мере на целую ночь, и «тюрбаны» в лучшем случае начнут поиски неисправности на следующий день с рассветом. Разумеется, вскоре будет установлено, где именно был перебит кабель, и к этому месту будет направлена ремонтная бригада. Для нас было бы оптимально по возможности нанести урон и ремонтным рабочим, тем самым уменьшив шансы иракцев на проведение восстановительных работ в будущем. Марк предложил использовать для этой цели мины «Элси», маленькие противопехотные мины, которые срабатывают от давления.