|
Двадцать четыре года. И, Бог свидетель, у нее было достаточно причин бросить его, при той‑то жизни, которая выпадает на долю жены полицейского.
Это расследование сидело у Роны в печенках. И у него тоже. Проело всю плешь.
Он позвонил Дженис, радуясь, что не отправил ее в Фолблер.
– Дженис!
– Да. – Тон у нее был таким же опасливым, как его собственный.
– Что вы знаете о Гейвине Маклине?
Она удивилась:
– Он проходил проверку, прежде чем попал к нам, сэр. Насколько я знаю, он чист.
– Я не о том. Я имею в виду его социальное положение.
– Социальное положение?
Если Дженис не прикидывалась дурочкой, то она ею была.
– Он женат? – снова попытался он.
– Нет.
– Он вам нравится?
– Сэр!
– Так нравится?
– Нет, – сказала она с чувством.
– Почему?
Она не сразу ответила:
– Не могу сказать, сэр.
– Отвечайте, констебль.
– Он слишком хорош. Таких не бывает, сэр.
– Спасибо, Дженис. Вы мне очень помогли.
Если она и уловила сарказм в его голосе, то виду не подала.
– Это все, сэр?
Звонок поступил в четыре сорок. Коттедж в Фолблере тщательно обыскали.
Докладывал сержант Джордж:
– К сожалению, штор не обнаружили, сэр.
Билл шепотом выругался. Ну все, теперь он попался. Источник Коннелли не иначе как врет.
– Но, – голос на другом конце перебил его мысли, – мы нашли кое‑что другое, что может оказаться полезным.
Пока Билл слушал, его рот расплывался в улыбке. Да, сержант прав. Эта находка ничуть не хуже шторы, если не лучше.
– Забросьте это в лабораторию на обратном пути, – сказал он. – Отдайте лично в руки доктору Маклеод.
Кто‑то пришел. Но ей не хотелось сейчас никого видеть. Рона опустилась обратно в ванну и закрыла глаза. Она пообещала себе, что хорошенько отмокнет в горячей воде, а потом… она повторила эти слова миллион раз. Она расскажет Шону все. И почему не отвечала на его звонки, и почему не поехала с ним, и о своих подозрениях – насчет него и себя тоже.
В дверь снова позвонили. Теперь более настойчиво. Раз в гостиной горит свет, то, кто бы это ни был, он знает, что она дома, и не отвяжется. Рона чертыхнулась, вылезла из ванны, надела халат и пошла открывать.
– Крисси! – крикнула она в интерком. – Поднимайся.
С ней был Нейл.
Рона провела их на кухню.
– Водки?
Он кивнул.
– Разбавлять?
– Все равно.
Крисси тоже согласилась выпить. У нее был такой вид, будто она не спала неделю.
– Лучше расскажите мне все.
– Этот журналист хочет вам помочь? – спросила Рона, когда Нейл закончил.
– Он сказал, что свяжется с полицией. Сдаст им информацию.
Лицо Крисси медленно приобретало здоровый цвет. Она взглянула на Нейла, стоявшего у окна.
– Просто когда мы подошли к дому, там стояла машина. Нейл ее узнал.
– Вам нельзя возвращаться в квартиру, по крайней мере сейчас. Вы должны остаться здесь, – заявила она тоном, не терпящим возражений.
Крисси умоляюще посмотрела на Нейла.
– Только на одну ночь, – сдался Нейл.
Рона решилась:
– Я хочу кое‑что вам показать.
Она вернулась, неся распечатку.
– Ты упоминал имена Саймон и Калигула.
Он вытаращил глаза:
– Ну?
– Думаю, тебе стоит это прочитать. |